Книга Неприятности ждут!, страница 12 – Марина Милорадович

— Джен, открой! Я пришёл!

— Трев, ступай туда, где пил.

— Дженни, душечка моя, я соскучился...

— По бутылке ты соскучился, охальник!

— Дженни...

— Я не того для согласилась выйти за тебя замуж, чтобы дышать перегаром. Права была мама!

— Вот не надо о твоей маме...

— А что ты имеешь против неё? — дверь резко распахнулась, незадачливый Трев отшатнулся, не удержал равновесия и свалился с крыльца.

В дверном проёме появилась невысокая пышечка в белой ночнушке покроя «чехол от танка» и в наброшенной поверх огромной шали, треугольные хвостики которой свисали чуть ли не до колен.

Бедолага Трев валялся в траве в позе морской звезды.

— Нагулялся, горе моё? Налакался? Всё Мэлли расскажу, когда она от сестры вернётся. И настанет у вас с Сэмом вечный день трезвости.

— Милая моя, пожалей!

— Кто бы меня пожалел!

И Джен спустилась с крылечка, протянула пьянчуге руку, помогая встать, а после отряхнула от травы и соринок его голову и спину. Судя по оханьям Трева, милашка Джен несколько раз чувствительно шлепнула его по спине и напоследок наградила муженька подзатыльником.

Парочка скрылась в доме, а я опять взгромоздилась на лавочку.

От удара по мозгам остался лишь металлический привкус во рту.

Самые первые услышанные на здешнем языке слова казались непонятным набором звуков. Но после приступа боли я начала всё понимать. Чудеса, да и только! Интересно, а я только понимаю или ещё и говорю?

— Кто бы меня пожалел ! — тихо повторила я за Джен.

Фонетика была непривычной, но ни под какими странными углами язык заворачивать не требовалось. Акцента вроде нет. Но что бы это значило? Меня чем-то накачали похитители, и я брежу? Сошла с ума на фоне травмы, которую не помню?

Я пересчитала пальцы на руке, прочитала несколько сообщений в телефоне, ущипнула себя и пришла к выводу, что я не сплю. Слишком чёткие картинки, и буквы не путаются, да и боль реальная. Значит... Чертовщина какая-то!

Оставалось признать, что остановок общественного транспорта, отделений полиции, вышек сотовой связи и прочих благ цивилизации нет и не предвидится. И мои восемьсот пятьдесят рублей с мелочью наличкой так же бесполезны, как и пластиковые карточки. Телефон сойдёт за временный фонарик, и то батарея скоро сядет. А выживать надо.

Тяжело поднявшись с лавочки, я направилась обратно. До рассвета было еще далеко, а запомнить приметы покинутого склепа я не потрудилась. Поэтому пришлось подергать двери и поискать. Но вот я там же, труп на месте. Закрываемся на задвижку, Алиса, и приступаем к обыску и мародёрству.

Отвратительно? Да. Хотелось убежать из этой каменной коробки с мертвецами, не разбирая дороги, но я вдохнула-выдохнула и засучила рукава, то есть немного подкатала манжеты, чтобы ещё больше не перемазаться пылью. Что ж, это должно быть не сложнее уборки.

Свет. Зажигалка, завалявшаяся с далёких времен, оказалась почти исправна и с третьего щелчка порадовала меня язычком пламени, достаточным, чтобы разжечь свечи.

Оглядимся. Ну и пылища! Но те же символы типа крест с петлёй в орнаменте стен видны. Скамья для посетителей была кем-то заботливо протёрта, грязной ветоши рядом не наблюдалось, значит, некто навел подобие порядка заранее. На скамье стояла торба вроде тех, в которых детишки носят в школу сменку, только побольше. Раздувшиеся парусиновые бока внушали мне надежду на приятные сюрпризы. Пристроила свою сумку рядом. Находка никуда не сбежит.