Книга Главный герой становится Злодеем, страница 47 – Ли Лит

Хуа Линь открыла рот возразить, но старина Цзян на опережение сунул купцу деньги.

— Давай, — он взял клетку с комочком.

— Я могла и сама оплатить, — буркнула Хуа Линь.

— Я надеюсь, это не подарок для Син Юя?

— Как ты догадался? — притворно удивилась Хуа Линь.

Старина Цзян фыркнул.

— На самом деле просто забрала, — тихо сказала Хуа Линь.

— Теперь точно не скучно у тебя будет, — усмехнулся старина Цзян.

— А может, у тебя, — усмехнулась Хуа Линь.

— Нет, мне никаких животных не надо, — скривился старина Цзян. — Хватает баранов.

Хуа Линь не сдержала смех. Только старейшина Цзян мог сравнивать обитателей школы Сяофэн с животными. И точно не удивится, если прямо сейчас старейшину Лю назовут главным бараном.

— Разбавишь своё общество.

Старина Цзян отмахнулся.

Хуа Линь повернула голову и снова замерла. Ан Ханьсюй пропал.

— Куда…

— Что? — обернулся старина Цзян.

— Пропал, — растерянно указала на пустое рядом место.

— Не маленький, знает дорогу.

— Но всё равно.

Старина Цзян посмотрел вперёд и выдохнул.

— Ты иди, а я догоню тебя, — Хуа Линь уверенно посмотрела на него. С долей сомнения старина Цзян смотрел на неё.

— Я не маленькая, дорогу помню.

— Ладно, — нехотя старина Цзян всё же двинулся вперёд.

Если бы не ранее закрытие кузницы, точно не ушёл бы.

Хуа Линь привстала на носочки. Людей много. Найти знакомую макушку не вышло. Высматривание среди толпы не увенчалось успехом.

— Госпожа Хуа, — раздался голос сзади.

Хуа Линь развернулась и хмуро посмотрела на Ан Ханьсюя перед собой.

— Ты где был? — в голосе просочились злые нотки.

Растерянно Ан Ханьсюй поднял руки.

— Фигурки из сахара.

Жёлтые леденцы на палочках, один в форме кролика, второй — рыбки.

— Увидел и захотел, — Ан Ханьсюй протянул леденец-кролик Хуа Линь. Та резко выдохнула и отступила. Всё же дети есть дети.

Ан Ханьсюй чуть склонил голову, устремляя взгляд на руку с протянутым леденцом.

— Спасибо, — Хуа Линь аккуратно взяла палочку. — Пошли, у меня нет желания добираться пешком, если терпение старины Цзяна иссякнет, и он уедет.

Он будет ждать это точно. Скорее терпение закончится терпеливо ждать, старина Цзян направится на поиски и, пока не найдёт, не отправится назад в школу.

— Но одного коня он оставит, на нём поедем, — зашагал рядом Ан Ханьсюй.

Хуа Линь скривила губы в незлобной усмешке. Она боится ехать верхом со стариной Цзяном, а тут ребёнок. Ну, подросток. Нет, ни за что.

— Я лучше пешком, — Хуа Линь отломала кусочек уха кролика и положила в рот.

— Боитесь?

— Есть немного, — кивнула Хуа Линь, мысленно подмечая, как давно не ела нечто подобное.

— У меня хорошие навыки.

— Не сомневаюсь, — снова кивнула Хуа Линь, положив очередной кусочек.

Ан Ханьсюй больше ни слова не сказал.

Старина Цзян ждал их возле коней.

— Наконец-то, — проворчал он.

— Не гневайся, добрый господин, — тихо рассмеялась Хуа Линь, получая в ответ нечто подобие улыбки.

Обратный путь не казался настолько страшным. Конь шёл неспешно, рядом шёл конь Ан Ханьсюя. Даже жаркий вечер не портил настроение, наоборот, дополнял. Будь хмурый день, всё бы не так сложилось.

Хуа Линь опустила расслабленный взгляд на клетку с нахохлившимся редкими перьями попугаем, чья клетка надёжно держалась за крепление с боку на седле. Надо показать Син Юю. Может, что подскажет, что делать с проплешинами попугая, и как быть с облезлым комочком. Хуа Линь только поняла, что даже не спросила, кто это. И не посмотрела. Котёнок, кролик или какая другая живность?