Книга Главный герой становится Злодеем, страница 49 – Ли Лит

— А, — Хуа Линь неожиданно повернула голову в сторону, где скрылся старина Цзян. — Ладно, завтра заберу.

— Срочное? Могу сбегать, — Ан Ханьсюй остановился.

— Нет, просто кое-какие покупки, — отмахнулась Хуа Линь. — Ничего срочного. Завтра заберу.

Новые украшения для волос и комнаты она сможет и завтра забрать.

Молча они дошли до отворотов на арену и на гору Е. Так же молча разошлись с Жэнь Лунем. У лестницы ко двору Юньцзянь Хуа Линь остановилась.

— Спасибо, — она потянулась к клетке.

— Вам спасибо, что взяли меня с собой, — Ан Ханьсюй отдал комочка.

— Ты с нами-то не был, один где-то бегал.

— Меня бы одного не отпустили.

— Удивительно, что вообще отпустили с нами, — усмехнулась Хуа Линь. — Как-нибудь потом расскажи, как тебе удалось уговорить своего учителя.

Ан Ханьсюй еле заметно улыбнулся.

— Ладно, иди отдыхай или чем ты там обычно занимаешься.

— Спасибо, — Ан Ханьсюй соединил перед собой руки и низко поклонился.

— Не за что, — Хуа Линь склонила голову и направилась к лестнице.

Срочно нужно набрать ванную воды, скинуть одежду и погрузиться в спасительную чистоту. Срочно.

— Госпожа Хуа, — достиг на верхней ступени голос Ан Ханьсюя.

Хуа Линь обернулась.

— Не угостите меня вином?

От неожиданности брови Хуа Линь поднялись, рот приоткрылся.

— Я хочу с Вами подружиться. Знаю, что Вам нравится вино, ещё знаю, что вино способствует сближению, потому Вы же угостите меня вином?

Хуа Линь наклонила голову в бок и шумно выдохнула. Она смутно могла разобрать взгляд Ан Ханьсюя, но, насколько она могла судить, он не выглядел издевающимся или насмешливым. Даже некая серьёзность присутствовала в нём.

— Или лучше вместе со мной выпьете вина?

Хуа Линь приподняла в доброй усмешке уголок губ.

— Вот вырастешь, тогда, возможно, я подумаю.

— А когда, по-вашему, наступит это?

— Рано или поздно, — неопределённо пожала плечами Хуа Линь. — В любом случае, все мы взрослеем.

И, чуть помедлив, добавила:

— А потом плачем, что детство не вернуть.

— Рано или поздно, — повторил Ан Ханьсюй. — Или никогда. Вы можете не увидеть этого.

— Как я не увижу, если ты каждый день появляешься в поле моего зрения? Замечу.

Ан Ханьсюй отвёл взгляд в сторону.

А он вообще пробовал вино? Хуа Линь задумчиво устремила взгляд мимо Ан Ханьсюя. Сама попробовала хорошее вино с учителем Лу. Под присмотром взрослого, опытного, даже страха не было, что вдруг ударит в голову и всякое творить потянет. Всё прошло мирно и спокойно.

— Знаешь, — привлекла внимание Хуа Линь. — Какие у тебя планы на сегодня?

— Никаких, — сразу ответил Ан Ханьсюй.

— Поднимайся, — хмыкнула Хуа Линь и развернулась.

У подножья горы Ан Ханьсюй ни раз бывал, у растущих вишен возле отгороженного двора Юньцзянь бывал, а в самом дворе — ни разу, что уж там говорить внутри дома. Кроме самой Хуа Линь в доме бывал только учитель Лу. Син Юй и старина Цзян чаще всего сидели либо на переднем дворе, реже на заднем. Сами не заходили, а Хуа Линь не настаивала. Всех всё устраивало.

Пропустив Ан Ханьсюя вперёд, Хуа Линь накинула петлю на калитку.

— На заднем сядем, мало ли кто может шастать вокруг.

Задний двор выходил видом на густой лес. Ни беседки, ни душистого сада, ни каменного сада, ни фонтанчика. Поляна с низкой травой, вдоль низкого, «дырявого» забора — небольшие фиолетовые, голубые и синие цветы. Свою огораживающую функцию забор не выполнял. Не от чего было отгораживаться. Хуа Линь всё чаще подумывала его убрать во время отбывания своего девятимесячного заточения. Её руки дошли убрать только часть к лесу.