Книга Главный герой становится Злодеем, страница 46 – Ли Лит

— Умножая, — Хуа Линь пристроилась рядом.

До «У дядюшки Биня» они не дошли. Остановились возле громкого купца.

— Животные! Подходи! Смотри! Покупай! Птицы! Кролики! Черепахи!

— Купи, — Хуа Линь пихнула старину Цзяна. — Одному в мастерской скучно поди.

— Себе купи, — отмахнулся старина Цзян, пробираясь через толпу смотрящих.

Множество клеток и аквариумов. Кролики, котята, щенки, черепахи, канарейки, соловьи, ворон, курицы, петухи, цыплята, голуби, утята, гусята. Но первое, что бросилось в глаза — злой взгляд общипанного попугая из маленькой клетки. Он сидел на жёрдочке и зыркал в толпу чёрными глазами-бусинками.

Хуа Линь подметила, что попугаю не расправить крылья, даже повернуться с трудом удастся.

— Давай одного тебе купим, будет по горе бегать птиц ловить, — старина Цзян указал на клетку с разноцветными котятами. — Или побольше.

К щенкам и котятам особо много людей тянулось. Половина точно покупала, остальные кто думал, кто просто смотрел.

— Может, тебе защитника в мастерскую, или смотрящего, — усмехнулась Хуа Линь.

— Больно надо, — отмахнулся старина Цзян, и они вышли из толпы. — Тебе бы купил, а себе, ай.

Махнул он.

— Какой вредный.

Надобность идти в «У дядюшки Биня» отпала. Они прошли по улице, успели и наесться, и напиться. Время близилось к вечеру.

— Возвращаться пора, — старина Цзян отдал деньги за очередной кувшин вина.

— Ага, — Хуа Линь оглянулась и приподняла брови. К ним шёл Ан Ханьсюй. — Вернулся блудный сын, — усмехнулась.

— Что? — старина Цзян посмотрел на неё.

— Нагулялся, — встретила Хуа Линь.

Ан Ханьсюй приподнял уголки губ и неловко произнёс:

— Забылся.

— Бывает, — коротко кивнула Хуа Линь. Хоть не потерялся, и на том хорошо.

Старина Цзян отмахнулся.

— Возвращаемся.

Приятная усталость прошедшего дня покалывала кончики пальцев.

Они прошли половину пути, когда Хуа Линь оторвала взгляд от впереди идущего старины Цзяна и повернула голову к Ан Ханьсюю. Так и замерла посреди улицы. Купец с животными грузил пустые клетки в телегу с помощниками. Только клетка попугая не пуста, и ещё в одной клетке — маленький комочек.

— Госпожа Хуа, — раздался рядом голос Ан Ханьсюя.

В ответ Хуа Линь молча подошла к купцу.

— С бракованными всегда так. Их не покупают, — небрежно отозвался купец об оставшихся.

— И куда их? — Хуа Линь сложила руки за спиной.

— О, госпожа, — купец оставил помощников и подошёл. — Попытаюсь в следующий раз продать, если не получится… кто его знает. Вы меня поймите, мне не выгодно держать и кормить то, что не принесёт прибыли.

Хуа Линь кивнула. Таков мир, ничего не поделаешь.

— Попугая вон уже четвёртый раз никто не купил, — вздохнул купец. — Скорее всего, это был в последний раз. А Вы не хотите его забрать?

Хуа Линь подняла бровь.

— За полцены отдам.

— За общипанную птицу такие деньги хотите? — рядом встал Ан Ханьсюй.

— Прав, не выгодно, — подошёл к ним старина Цзян.

Купец поджал губы.

— Я возьму.

— Спасибо, госпожа, — купец поклонился и замахал помощникам. От радости чуть не подпрыгнул. Глаза горели так, что можно в тёмную ночь купца брать с собой для освещения пути.

— И его, — Хуа Линь подбородком указала на комочек в клетке.

Купец засиял.

— Сколько? — пока Хуа Линь забирала клетки, старина Цзян достал мешочек с деньгами.