Книга Главный герой становится Злодеем, страница 75 – Ли Лит

Хуа Линь заглянула в щель приоткрытых дверей. Расписная ширма преградой предстала взору. Заснеженные горы, искрящийся снег и большой барс с длинным хвостом, рогами и крыльями. Подобного зверя Хуа Линь могла увидеть в интернете. В реальной жизни такие животные не водились. Даже в мире заклинателей не видела подобного и не слышала о подобном.

— Не то, — выдохнул мужчина.

Послышались шаги. Хуа Линь отступила.

— Где же он? — говорил под нос мужчина, открывая двери шире. — О.

Он заметил Хуа Линь, кивнул, обошёл её и спустился на первый этаж.

«Интересно».

Решение заглянуть в комнаты показалось лучшим из небольшого списка возможностей.

В одной на кровати небрежно лежал синий тонкий плащ. В другой стопкой на стуле возле кровати — ханьфу. Размер как раз подходящий. Методом исключения Хуа Линь определила комнату Сяохуа. Кровать в углу, напротив шкаф, рядом стул. Слева от дверей стол со стопкой листьев, кистями, тушечницей и плетёное кресло.

«Не густо».

Первым делом Хуа Линь сменила ученическое одеяние на серый ханьфу. Непонятно, откуда Ан Ханьсюй откопал этот ужас учеников. Вторым, что сделала Хуа Линь, — заглянула в большую комнату, предварительно, конечно, постучав.

— Заходи.

Светлая комната, забитая всем возможным. Стеллажи с книгами, заваленные чертежами, рисунками и исписанными листами столы, фигурки из разных материалов. Железо, глина, дерево. Животные с крыльями, хвостами, рогами, когтями, разных размеров и высоты. Переливающийся камнями барс приковывал взгляд больше остальных. Крылатый, с длинными чешуйчатыми рогами, острыми торчащими клыками, шестью пальцами, из каждого торчали острые чёрные когти. Длинный хвост в общей картине не удивлял.

Приглядевшись, Хуа Линь разглядела тонкие шипы вдоль кости крыла.

— Пока тебя не было, некому было убираться, — мужчина выводил кистью на чертеже, прикреплённом к стене, линии. — Да, да, много работы. Но и ты меня пойми, мне попросту некогда таким заниматься.

Хуа Линь изогнула брови. Она даже звука не произнесла, а он ответил на не существующее.

— Я не прошу сиюсекундно приступать, — не оборачиваясь, говорил мужчина. — Понемногу, вперёд.

«Что?»

— Мне надо, — мужчина отложил кисть на подставку на столике рядом и бросился к дверям.

Непонимание отражалось на лице. В голове всё смешалось в противное месиво.

Вдох, выдох.

Хуа Линь медленно зашагала по комнате.

Творец. Гений. Затворник.

Взгляд наткнулся на кресло напротив картины за массивным шкафом. В кресле из красного дерева лежала подушка, которую ранее мужчина выбивал на улице. Светло-серая, то ли светло-голубая. Прошло слишком много времени, определить точно цвет ткани невозможно.

Хуа Линь положила ладони на спинку кресла, смотря на картину. Горы, снег, размытые тени, среди которых смутно рассматривался крылатый барс. Тени — люди? От долгого вглядывания заболели глаза. Заморгав часто, Хуа Линь отвела взгляд в сторону. На стенке массивного шкафа чёрной тушью по светлому дереву два иероглифа.

«Хао Фан».

Слыша. Учитель Лу произносил это имя.

— Сяохуа, не помнишь, куда ты убирала красную тушь? — в комнату прохромал никто иной, как Хао Фан. — Моя закончилась.

Хуа Линь никогда не бывала в Далёком крае, но прекрасно знала, что учитель Лу отдал отдалённый клочок земли школы тому, кто никогда не появлялся на собраниях школы Сяофэн, не носил звания учителя или мастера, держался сам по себе. Хуа Линь никогда не видела хозяина Далёкого края. Без надобности было.