Онлайн книга «Сладкая хостес для мажоров»
|
— Доченька. Ты же знаешь, что ты можешь мне все сказать. Я смеюсь — сквозь слезы. Нет, я не могу этого рассказать… — Знаю, мам. Знаю. — И я тебя люблю. Я кладу трубку. И — слышу шаги за спиной. Алекс. Подходит. Садится рядом. В тонкой рубашке, без куртки. Молчит какое-то время. — Ты слышала?.. — шепчет. — Что? — То, что мы с Марком… Он не заканчивает и замолкает на немного. — Слышала, как мы говорили? — Слышала. — Извини. — За что? — Что ты узнала так. — А когда вы хотели сказать? — Завтра. Я киваю. — Спасибо за честность. — Маш. — Что? — Я не хочу тебя отдавать. Я поворачиваю голову. Смотрю на него. — Что? — Я не хочу тебя отдавать им, — он смотрит на воду. — Я никогда раньше так не говорил. Никому. Но я говорю это тебе. Я не хочу… — Так не отдавай. — Они тебя найдут все равно. Если ты будешь со мной — тебя могут использовать как рычаг против меня. Это для тебя еще опаснее, чем для меня. То же могу сказать и о Марке… Поэтому я отвезу тебя. Заплачу столько, сколько тебе нужно будет на ближайшие месяцы. И ты будешь в безопасности. Они потеряют твой след, потому что у меня есть способы это устроить… Я смотрю на него. — Алекс… — Не говори ничего. — Он берет мою ладонь. — Я просто хочу, чтобы ты знала наши планы до конца, а не не дослушав, пошла думать, что мы хотим тебя сдать… 13 глава Целый день мы притворяемся, что ничего не случилось. Утром Марк вкатывается с байком на территорию, орет «кто хочет покататься?», и я выхожу к нему. Мы едем — по лесным дорожкам, через сосны. Он показывает мне заброшенную церковь — деревянную, без купола, в которую солнце светит сквозь дыры в крыше прямо на алтарь. Останавливаемся. Заходим. Я разглядываю стены — на них еще видны куски росписи, мутно, через слои сырости и времени. — Я сюда люблю заезжать, — Марк говорит тихо. — Тут спокойно. Знаешь, мой брат тут лежит. Не в этой церкви, на кладбище за деревней. Я к нему часто приезжаю. — Брат? — Старший. Илья. Разбился — мне семнадцать было, ему двадцать пять. На мотоцикле. После него я первое время не садился на мот. Потом сел — потому что понял, что бояться того, на чем он умер, — это его обижать… — Он какой был? — Лучше меня, — Марк улыбается. — Намного. Спокойный. Тихий. Если б он был жив, я бы был совсем другой, наверное. — А какой ты сейчас — плохой? — Я нормальный. Но я это я. А он был для меня кем-то… Кем-то, кого сейчас заменил Ал. Я обнимаю его. Без причины. Просто стою и обнимаю — посреди этой заброшенной церкви, в тонкой куртке, в его старом шлеме, с капельками в волосах, потому что по дороге сюда пошел легкий дождь… Он обнимает в ответ. Долго. К вечеру Алекс готовит ужин. Сам, без помощи. Я предлагаю — он отказывается. Сидим с Марком в гостиной. Я на полу, у камина. Марк на диване. Слушает что-то в наушниках, перелистывая телефон. Иногда улыбается. Сегодня они оба нежные. Не такие, как обычно. Не «мужественно-сдержанные», не «прохладно-уверенные», не «насмешливо-флиртующие». Они оба сегодня — комфортные и уютные. Каждый — по-своему. Марк — открытый, как никогда. Алекс — мягкий, как никогда… Они со мной — прощаются. И я с ними — прощаюсь… Алекс накрывает стол на террасе. Теплой — оказывается, у них в полу там обогрев, ноги ставишь — и ногам не холодно. Свечи. Бутылка вина, бокалы. Свечи зажигаем. Алекс готовит на гриле рыбу. Какой-то белый соус. Спаржа. Какая-то рыбная икра в маленькой стеклянной чашечке… |