Книга Попробуй сбежать, страница 133 – Виктория Рогозина

— Вкусно, — сказал он наконец. — Ты правда хорошо готовишь.

Ванесса хмыкнула, ковыряя вилкой салат.

— Ничего особенного.

— Не прибедняйся, — спокойно возразил он. — Это тоже навык.

Он сделал глоток воды и, будто между делом, добавил:

— Завтра с универа тебя заберёт Фобос. Мне нужно уехать по делам.

Ванесса медленно прожевала кусочек огурца. Очень медленно. Потом подняла на него взгляд.

— По каким?

— Не тем, о которых тебе стоит волноваться, — ответил он сразу. — Много времени это займёт.

Она кивнула, снова опустила глаза в тарелку, покрутила вилку между пальцами.

— А… — она запнулась, потом всё же спросила: — Что будет с Ринатом?

Давид не отвёл взгляда.

— Всё наследство Смирновых в любом случае перейдёт тебе. Это уже вопрос времени и бумаг. А Каину, — его голос стал холоднее, — не достанется ничего. Об этом я позабочусь.

Ванесса машинально облизнула губы, задумчиво, будто пробуя эту информацию на вкус.

— И… много там?

Уголок его губ дёрнулся.

— Неплохой бизнес. Не империя, но крепкая основа. Его нужно вести, развивать, принимать решения.

Она резко мотнула головой.

— Нет. — Чётко, без сомнений. — Это не для меня.

— Глупо, — спокойно сказал Давид. — Отказываться от таких возможностей. Тем более не в одиночку. Я помогу. Подстрахую. Возьму часть на себя, если нужно.

Ванесса подперла щёку ладонью, разглядывая его уже без прежней резкости, с чем-то усталым и странно тёплым во взгляде.

— Знаешь, — тихо сказала она, — иногда мне кажется, что странно… что мы вообще встречаемся.

Он чуть наклонил голову.

— Почему?

— Потому что всё это… — она неопределённо повела рукой. — Ты. Я. Всё слишком… не по правилам. Мы разные.

Давид усмехнулся — не насмешливо, а почти мягко.

— Я не вижу в этом ничего странного, — сказал он. — Я вижу выбор. И мне нравится этот выбор.

Он посмотрел на неё прямо, без давления, без игры, усмехнувшись добавил:

— Тем более ты почти смирилась с ним.

Ванесса на мгновение выпала из разговора — смартфон тихо завибрировал на столе, экран вспыхнул коротким уведомлением. Она машинально взяла его, провела пальцем, и взгляд стал чуть внимательнее. Каин. Всего одна строка: «Нам нужно поговорить. Завтра. В аудитории».

Ничего угрожающего. Ни намёка на давление — по крайней мере, на первый взгляд. Она поймала себя на странной мысли: теперь ей не было по-настоящему страшно. Слишком многое вскрылось за последние дни, слишком много масок упало. Если уж и говорить — то сейчас. Тем более охрана всегда где-то рядом, тенью, привычным фоном. Но вслух она ничего не сказала, просто погасила экран и отложила телефон, словно это было неважно.

Давид всё это видел. Не экран — её. То, как на долю секунды изменилось выражение лица, как она вернулась в себя, снова стала спокойной. И вместо вопросов в его голове всплыло совсем другое.

Кухня. Музыка. Её голос — чуть хрипловатый, живой, настоящий. Она тогда не заметила его сразу: крутилась между плитой и столешницей, подпевала, пританцовывала, растрёпанная, свободная, будто в мире не существовало ни Каина, ни кланов, ни договоров. Он помнил, как замер на лестнице, пойманный этим моментом, и как его накрыло неожиданным, почти болезненным ощущением — она выглядела счастливой. Не напоказ. По-настоящему.

Ванесса поднялась из-за стола и направилась к морозилке, босые ступни тихо скользнули по полу. Она наклонилась, порылась внутри и вытащила контейнер с мороженым.