Книга Попробуй сбежать, страница 136 – Виктория Рогозина

Давид сделал это легко, почти между делом — подхватил её под бёдра и посадил к себе на колени, удерживая одной рукой уверенно, так, будто это самое естественное положение в мире. Ванесса тихо выдохнула, инстинктивно опираясь ладонью ему в грудь. Он второй рукой пододвинул к ней контейнер с мороженым и, чуть прищурившись, сказал спокойным, ленивым тоном:

— Я знаю как минимум два очень ярких исключения.

Она взяла ложку, всё ещё немного дезориентированная близостью, и посмотрела на него вопросительно.

— Клан Котовых, — продолжил он. — Вадим Котов в своё время выбрал жену не из круга. Скандал был знатный. А потом его сын, Влад… — Давид усмехнулся. — Тот вообще женился по любви. Правда, там тоже всё было не так просто.

Ванесса чуть поёрзала у него на коленях, устраиваясь удобнее, и Давид едва заметно стиснул челюсть. Ощущение ударило резко, болезненно приятно, отозвалось в паху, и на мгновение ему захотелось просто… не сдерживаться. Он медленно вдохнул, удерживая контроль, хотя пальцы на её талии сжались сильнее.

— Берсерковы, — продолжил он, словно ничего не происходило. — Там вообще наплевали на традиции. Главой клана стала Лора. Женщина. Обычно власть передаётся только по мужской линии, но Лора — особый случай. Жёсткая. Очень.

— Звучит… — Ванесса нахмурилась, поднося ложку ко рту, — странно.

— Это ещё мягко сказано, — усмехнулся Давид. — Влад Котов добился её расположения. Они объединили кланы. А потом младшая сестра Лоры вышла за Энцо Моранди. Итальянский клан, старые деньги, старая кровь[1].

Он замолчал, наблюдая за ней. За тем, как она медленно ест мороженое, как думает, как её плечи постепенно расслабляются.

— Всё это звучит как какой-то… другой мир, — тихо сказала Ванесса.

— Так и есть, — ответил он, склонившись ближе, его голос стал ниже. — Но тебе не обязательно принимать эти правила.

Она подняла на него глаза.

— Потому что у нас другие отношения, — добавил Давид спокойно, но с нажимом. — Те самые. Исключения.

Он слегка коснулся губами её виска — не требуя, не настаивая, просто обозначая присутствие. Ванесса не отстранилась. Напротив — осталась, позволив себе эту близость, будто впервые допуская мысль, что исключения действительно возможны.

— Что ты помнишь о своей матери? Почему так уверена, что она умерла, а не сбежала? — вдруг спросил он. Девушка напряглась, явно не ожидая подобного вопроса. Он и сам понимал, что вторгается уже в слишком личное, но ему нужно было знать и знать наверняка.

Давид некоторое время молчал, не торопя её, лишь внимательнее притянул к себе, когда она отодвинула пустой контейнер и отложила ложку. Он смотрел, как она собирается с мыслями, как плечи чуть напрягаются, а потом Ванесса повернулась на его коленях, обвивая его крепче, будто искала точку опоры. Глубоко вздохнула — так, как вздыхают перед тем, как нырнуть в ледяную воду.

— Антон пил всегда, — сказала она негромко, глухо. — Я даже не помню его трезвым. Когда он пил… он становился другим. Агрессивным. Неуправляемым.

Её пальцы сжались на ткани его рубашки.

— Он бил меня. И маму. Софи, — она на мгновение прикрыла глаза. — Особенно её.

Давид почувствовал, как в ней что-то дрожит, и не перебил. Его ладонь медленно, почти незаметно скользнула по её спине — не утешая, а просто оставаясь рядом.