Книга Попробуй сбежать, страница 145 – Виктория Рогозина

— Докладывайте, — сказал Давид.

Фобос первым заговорил:

— Мы прошлись по всем маршрутам Каина за последние сутки. Камеры, телефоны, контакты. Есть дыры. Очень аккуратные. Будто кто-то заранее знал, где именно можно оставить слепые зоны.

— Свидетели? — коротко спросил Давид.

— Либо молчат, либо ничего не видели, — подключился Деймос. — Кто-то боится, кто-то реально не понимает, что видел. Есть ощущение… — он замялся на секунду, — что ниточки намеренно обрывали. Не в последний момент, а заранее.

— То есть это не импульс, — Давид поднял взгляд.

— Нет, — Фобос покачал головой. — Это работа. Холодная. Спланированная. И Ванессу в неё вписали идеально.

В комнате повисла тяжёлая пауза.

— Виновник пока не найден, — добавил Деймос. — Но мы копаем глубже. Не только университет. Это уже шире.

Давид медленно кивнул. В его взгляде не было паники — только стальная, сдержанная ярость.

— Найдёте, — сказал он спокойно. — Мне не важно, сколько времени это займёт. Мне важно — кто. И зачем.

Он развернулся к двери.

— Работайте. Без шума. Без ошибок.

Когда все вышли, Давид остался один. Он постоял несколько секунд, собираясь с мыслями, а потом направился наверх — туда, где за закрытой дверью была девушка, чья душа сейчас действительно пряталась.

Давид остался в кабинете, не включая свет. Сумерки ложились на стол, на чёткие линии мебели, на стекло, в котором отражалось его напряжённое лицо. Он стоял, опершись ладонями о край стола, и прокручивал события снова и снова — как шахматную партию, где один ход был сделан слишком идеально.

Кто-то знал. Знал, что Ванесса пойдёт к Каину. Знал — где именно. Знал — во сколько. И знал, что место будет людным, безопасным на первый взгляд, таким, где подозрение ляжет на того, кто окажется рядом первым. Слишком чисто. Слишком точно. Подставили филигранно — и именно её.

Давид медленно выпрямился, прошёлся по комнате, сунув руки в карманы брюк. Мотивы. Всегда всё упирается в мотивы. Кому была нужна Ванесса? Почти никому. О том, что она наследница клана Смирновых, знали единицы. Эта информация была закрыта, спрятана глубоко, и уж точно не гуляла по университетским коридорам. Её конфликт с Каином? Да, громкий, неприятный, но… слишком бытовой, слишком мелкий для такой многоходовки. Никто в здравом уме не стал бы строить убийство на предположении, что Каин отдаст ей клан. Даже сам Каин вряд ли осознавал, что к этому всё идёт.

Значит, целью была не она. Она — инструмент. И Давид остановился, резко, будто мысль ударила в висок. Если не Ванесса… то он. Вот тут круг подозреваемых расширялся пугающе быстро. Слишком много тех, кому он когда-то перешёл дорогу. Слишком много тех, кто не мог достать его напрямую. Ударить по нему через неё — изящно, жестоко, эффективно. Особенно зная, что он вмешается. Что он сорвётся. Что он пойдёт до конца.

Он сжал челюсти.

— Хана вам, кузнечики… — выдохнул едва слышно.

Тихий стук отвлёк его от мыслей. В дверях появился дворецкий — как всегда безупречно спокойный.

— Господин Дзержинский, — негромко сказал он. — Снова доставили подарки от господина Рината Смирнова для Ванессы. Курьер ждёт ответа.

Имя резануло, как по живому. Давид даже не обернулся сразу.

— Нет, — сказал он после короткой паузы. — Убрать. И больше не приносить в дом.