Книга Попробуй сбежать, страница 31 – Виктория Рогозина

Фобос ухмыльнулся краем губ, медленно, почти лениво. В этой улыбке не было веселья — только уверенность человека, который знает больше, чем говорит.

— Я видел запись, — сказал он.

Ванесса устало выдохнула.

— Поздравляю. Её, кажется, уже весь универ видел.

Фобос не отвёл взгляда.

— Я видел полную версию.

Её рука замерла в воздухе. На долю секунды — всего на одну — что-то дрогнуло в её лице. Но она быстро взяла себя в руки, отвернулась, сделала шаг к окну.

— И что? — бросила она через плечо. — Хочешь обсудить качество съёмки?

Фобос медленно встал с кресла, но не приблизился. Он говорил спокойно, без нажима — от этого становилось только хуже.

— По твоей реакции я понял, что это тебя задело, — сказал он. — Сильно.

Ванесса молчала. Смотрела в тёмное окно, где отражалась её собственная фигура — собранная, жёсткая, чужая.

— Есть информация, — продолжил Фобос, — что Каин переводится в наш университет. А значит, вопрос времени, когда полная версия всплывёт. Не в чатах. Не случайно.

Она медленно повернулась. Голос её был спокойным. Слишком спокойным.

— Если ты видел, что там на записи, — сказала Ванесса, — ты должен понимать, что мне нечего стыдиться. Гордиться, правда, тоже нечем.

Фобос внимательно посмотрел на неё. Долго. Будто проверял не слова — а то, насколько она в них верит.

— Стыд — не всегда главное, — тихо ответил он. — Иногда главное — кто и зачем этим пользуется.

В комнате повисла плотная, тяжёлая тишина. Прошлое, от которого она так долго бежала, не просто догнало её. Оно село в кресло напротив и никуда уходить не собиралось. Девушка молчала. Несколько секунд. Потом выдохнула и спросила коротко, без эмоций:

— Чего ты хочешь?

Фобос улыбнулся. На этот раз — почти одобрительно.

— Правильный вопрос.

Он полез во внутренний карман пиджака, достал визитку и положил её на стол рядом с пультом.

— Тебе нужна защита, — сказал он прямо. — И просить её нужно у Давида. Потому что иначе Каин не оставит тебе никаких шансов. Он не из тех, кто отпускает свои игрушки.

— Если передумаешь, — добавил он уже на выходе, — ты знаешь, как меня найти.

Дверь закрылась. Тишина навалилась сразу, всей тяжестью. Ванесса медленно прошла вглубь комнаты, будто тело стало тяжелее вдвое. Опустилась в кресло, где только что сидел Фобос, и обхватила голову руками. На секунду накрыло ощущение, что год прошёл впустую. Что все усилия, тренировки, холодный расчёт — иллюзия. Но мысль не задержалась. Она выпрямилась. Медленно. Сжала челюсти. Нет. Она не та, что год назад лежала на холодной земле. Не та, что ждала, что кто-то её спасёт. Она стала сильнее. И научена горьким опытом.

Утро она прожила на холодной дисциплине, будто на автопилоте. Конспекты лежали раскрыты ровно, страницы учебника шуршали под пальцами, строки впечатывались в память без эмоций — формулы, термины, схемы. Ванесса не позволяла себе отвлекаться. Мысли о вчерашнем она отодвинула в самый дальний угол, как отодвигают опасный предмет, зная, что он никуда не делся, но сейчас трогать нельзя. Сначала учеба. Всегда сначала учеба.

Потом — музыка. Она подключила новый пульт, аккуратно, почти настороженно, словно проверяя, не укусит ли. Пальцы легли на регуляторы привычно, и напряжение чуть отпустило. Аппаратура была хорошая — отзывчивая, точная, послушная. Звук ложился чисто, без искажений. Ванесса быстро собрала дорожки для группы поддержки, подогнала биты под счёт, усилила кульминации. Работать было удобно — слишком удобно. Мысль о том, откуда взялся этот пульт, царапнула, но она тут же отрезала её. Прошлый сломали — этот купили. Логика простая. Без чувств. Без долгов.