Книга Наследник чемпиона, страница 27 – Марика Крамор

Я отрезаю начисто:

— Диагностика, Назар. И это не обсуждается. Свободен.

АННА

Я сейчас разнесу что-нибудь! Он не принес ни снимков, ни анализов! Ничего!!!

Добрую половину тренировки я просидела в кабинете: от греха подальше. А теперь несусь к бортикам, как будто за мной сам черт гонится!

Внешне я ледяная статуя, внутри же все клокочет, шипит, как раскаленный металл, опущенный в воду.

Он что, вообще ничего не боится? Совсем надо мной издевается? Рациональная профессиональная ярость выжигает во мне все, кроме холодной решимости. Я жду. Терпеливо, как хищник. Пока тренер у доски что-то настойчиво чертит маркером, разбирая недавние ошибки на выездной игре, мой взгляд, как прицел, неотрывно ощупывает фигуру в номере тринадцать.

И в момент, когда все расходятся по углам, я, с мертвенной улыбкой, захожу в приложение на планшете, чтобы синхронизировать трекеры с сегодняшней сессией. Пальцы двигаются автоматически. Пока информация грузится, я глупо надеюсь на свою ошибку.

Данные выстраиваются на экране. Я щелкаю по его имени. И мир резко обрывается, уходя в стоп-кадр.

Статистика ужасающая! Сухие беспристрастные цифры кричат громче любого рупора!

Разбалансировка нагрузки: 68 % на правую ногу, 32 % на левую. Это, что б его, совсем не адаптация! Это — хромота!!!

Амплитуда сгибания в коленном суставе прилично снижена. Он физически не может согнуть ногу как надо!!! Смотрю на то, как работает его бедро: показатели зашкаливают, мышца трудится на износ, пытаясь стабилизировать то, что не держит сустав.

Я его сейчас на куски порву!!! Он обходит больное место, перенося вес с ошеломляющей, вымученной точностью. У него микрозадержки при разгоне и торможении, и мощность толчка просела катастрофически.

Я вздрагиваю, едва не роняя планшет. Да у него колено орет! А он это прячет! И, судя по диаграммам, боль усилилась. Конкретно так!

Ну все! Мое профессиональное терпение лопается.

Горячая злость ослепляет. У меня даже номера его телефона нет, чтобы вне тренировки промыть мозги! И эта мысль бесит нелепо и дико. Решаю молниеносно: после тренировки возьму его личное дело и вобью эти чертовы цифры. А сейчас он очень пожалеет, что прикидывался дурачком!

Хватаю свои коньки, фиксирую за секунду и ступаю на гладкую поверхность. Стараюсь скользить ровно, но лед под коньками нервно звенит, предательски выдавая мою ярость. Команда отрабатывает передачи. Я ловлю его взгляд и резким жестом подзываю. Он медленно подкатывает, срывая шлем, на лице его застывает равнодушная маска.

— Ты ходил на обследования? — мой голос звучит неприлично громко в общей суматохе. — Завтра игра.

— Нет, — отрезает он, глядя куда-то мимо моего уха.

В груди что-то хрустит и сжимается.

— Но хотя бы анализы?

— Нет.

Я сейчас не сдержусь и его ударю.

— ПОЧЕМУ?! — взрыв случается раньше, чем я успеваю успокоиться. Рука сама тянется и впивается пальцами в рукав его формы. Я делаю это прямо перед всеми.

Он недовольно переводит взгляд на мои пальцы, наклоняется ко мне, и его шепот обжигает кожу:

— Потому что не успел, Ань. Все на нас смотрят. Ты этого хотела? Слухов?

Я чувствую на себе десятки глаз, но меня уже не остановить. Цепляюсь за его рукав, как утопающий, и шиплю в ответ сквозь стиснутые зубы:

— Какого лешего ты творишь?!