Книга Правила случайных соседей, страница 54 – Эвелин Грин

Лера тихо рассмеялась, и это сняло последние остатки напряжения.

— Видишь? — она потянулась через стол и накрыла его руку своей. — Нам обоим страшно. Тебе — стать прежним роботом, мне — оказаться недостаточно хорошей для твоего мира. Но мы сидим здесь, в три часа ночи на нашей собственной кухне, пьем чай и говорим об этом. Вместо того чтобы молчать и строить стены.

Марк перевернул ладонь и крепко сжал ее пальцы. Большой палец мягко провел по ободку кольца.

— Бессонница на двоих, — задумчиво произнес он, и уголки его губ дрогнули в теплой улыбке. — Это гораздо лучше, чем спать одному в идеальной тишине.

— Возвращаемся в кровать? — Лера подавила зевок, почувствовав, как адреналин наконец-то уступает место уютной усталости. — У тебя через три часа прозвенит будильник.

Марк поднялся, обошел стол и, не говоря ни слова, подхватил Леру на руки.

— Доктор Лебедев! — она тихо пискнула, обхватывая его за шею. — Я тяжелая!

— Не для меня, — шепнул он ей в макушку.

Он донес ее до спальни, аккуратно опустил на карамельный матрас и лег рядом, укрывая их обоих пледом. Когда Марк прижал ее к своей груди, Лера услышала ровный, спокойный стук его сердца. Бессонница отступила. Страхи тоже. Впереди было утро нового дня.

Октябрьский вечер выдался по-петербургски промозглым. За мансардными окнами их квартиры завывал ветер, швыряя в стекло пригоршни ледяного дождя. Но внутри, под самой крышей, царил абсолютный, теплый уют.

Лера сидела на полу перед своим массивным деревянным мольбертом, установленным под скосом крыши. На ней были ее любимые, испачканные краской джинсы и огромная толстовка Марка, рукава которой приходилось подворачивать трижды. Она была полностью погружена в работу над серией иллюстраций. В ее ушах торчали беспроводные наушники, и она, слегка покачивая головой в такт невидимому ритму, размашисто наносила мазки на холст.

Марк сидел на их огромном изумрудном диване, в котором можно было буквально утонуть. Перед ним на журнальном столике лежал открытый ноутбук и толстый медицинский справочник. Он должен был готовиться к завтрашней сложной операции, но последние десять минут читал один и тот же абзац. Его взгляд упрямо соскальзывал на Леру.

Он наблюдал за тем, как она морщит нос, когда смешивает на палитре кадмий и ультрамарин, как закусывает губу в моменты максимальной концентрации. Она была похожа на дирижера, управляющего невидимым оркестром.

Марк тихо закрыл справочник. Он поднялся, бесшумно подошел к ней и опустился на корточки рядом с мольбертом.

Лера не замечала его присутствия, пока он осторожно не коснулся ее плеча. Она вздрогнула, моргнула, выныривая из своего транса, и вытащила один наушник.

— Ты меня напугал, — с улыбкой выдохнула она, откладывая палитру. — Что-то случилось? Я слишком громко дышу и мешаю тебе читать про клапаны?

— Ты не дышишь, ты устроила здесь настоящий экспрессионистский перформанс, — Марк кивнул на холст, где бушевало море насыщенных красок. — Мне просто стало интересно, что за топливо в твоей голове, если оно заставляет тебя писать с такой яростью.

Лера хитро прищурилась.

— Хочешь послушать?

— Как врач, я должен оценить уровень децибел, которым ты травмируешь свои барабанные перепонки, — невозмутимо ответил он, хотя в глазах плясали теплые искорки.