Книга Мой персональный Люцифер, страница 3 – Энже Граф

А то, что Карина, такая же работница торгового центра, как и я, в данный момент агрессивно хватает девушку за рукав, не позволяя той уйти, и вокруг них уже собирается жадная до зрелищ толпа, ясно говорит мне о том, что дело пахнет грандиозным увольнением. Я не могу допустить, чтобы Карину уволили. Поэтому изо всех сил пытаюсь пробиться к эскалатору.

А дело уже принимает нешуточные обороты.

— Отпусти, тварь! ‒ звонка кричит девчонка.

Она кажется очень молодой, наверняка, старшеклассница. Одета как неформалка: розовое каре, черная толстовка, короткая розовая клетчатая юбка, высокие сапоги. За ее спиной болтается малюсенький тряпичный рюкзак с аниме-персонажем, наверняка приобретенный только что в одном из специализированных аниме-бутиков нашего «Семейного».

— Извинись! ‒ рычит Карина.

— Отвали, губошлепка!

— Губошлепка?! Ах ты сука!

Китайцы, привлеченные шумом, останавливаются и поворачивают на кричащих головы. Я едва не впечатываюсь в спину впередиидущей пожилой женщины, но зато теперь могу передвигаться быстрее: туристы стоят, и обойти их гораздо проще чем тогда, когда они шли хаотично.

Все, я вырвалась. Осталось всего немного…

— Кира, что тут происходит?

Про себя стону с досады. Ведь оставалось всего чуть-чуть! Через две секунды я бы дошла до Карины, угомонила ее и уговорила отпустить подростка ‒ но как раз за две секунды до этого подходит целая толпа молодых людей. И эти молодые люди совершенно определенно знают девушку-подростка и наверняка займут ее сторону. Значит, уладить конфликт так быстро, как я хотела, не получится.

Черт бы побрал взрывной характер Карины!

— Эта коза… ‒ начинает девушка, и тут я, наконец, до них дохожу.

— Прошу прощения! ‒ с ходу вмешиваюсь в перепалку и с силой перехватываю запястье Карины, вынуждая ее отпустить подростка. ‒ Моя коллега просто устала, сегодня был ужасный наплыв посетителей и мы все немного на взводе. Мне очень жаль за этот инцидент, прошу, не надо на нее злиться.

Я сопровождаю свои слова профессиональной извиняющейся улыбкой, надеясь исчерпать конфликт тут же на месте. Но мне это не удается: стервозного типа девушка из компании щурится и цедит, меряя нас с Кариной презрительным взглядом:

— И вы думаете, на этом все? Эта женщина удерживала мою подругу против воли, оскорбляя ее, только потому, что у вас наплыв посетителей?

Она права. Она чертовски права. А Карина нет. Карина действительно поступила необдуманно и некрасиво, и в другой ситуации я бы ее осудила. Но не сейчас. Карина платит семьдесят процентов аренды нашей квартиры, и я не хочу потерять ее как соседку. Просто не могу себе это позволить. Поэтому я пытаюсь снова:

— Это действительно вопиющий инцидент, и я это признаю. Моей коллеге не следовало реагировать так бурно, но она непременно извинится, верно?

— Извинится? ‒ повторяет Карина. ‒ Перед этой соплей? Хрена с два я перед ней извинюсь!

— Ты мою подругу «соплей» назвала?!

Стискиваю челюсть. Боже мой, Карина… Как же я устала устранять за тобой бардак и исправлять все твои косяки… Если бы не Поля… Если бы не моя младшая сестра, я бы не лезла из кожи вон, чтобы оставить соседку.

— Простите! ‒ я снова встреваю в разговор, и, приблизив свое лицо к лицу Карины, шиплю. ‒ Не устраивай тут скандал. Не забывай, у тебя уже есть два предупреждения.