Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 56 – Майя Фабер

Я обреченно согласилась:

— Не здесь. Пойдем. Там все расскажу.

Том кивнул в ответ, довольный моим согласием. Я развернулась и пошла вперед, ощущая его присутствие позади. Сердце постепенно успокаивалось, хотя я понимала, что доверять хаарс — безумие. Я уже не могла сказать, чем закончится наша затея и какой будет цена его помощи. Но пути обратно для нас обоих уже не существовало.

— Слушай, а может, сразу расскажешь, где именно карта? — спросила я, не выдержав затянувшейся тишины и обернувшись через плечо.

Он усмехнулся, поймав мой взгляд:

— Тебе хватит и того, что я сделал свою часть работы.

— Ненавижу тебя, — пробормотала я с сарказмом, хотя мы оба понимали, что это уже не совсем правда.

— Я знаю, — ответил он, едва заметно улыбнувшись и ускорив шаг, чтобы идти со мной плечом к плечу.

И это раздражало меня больше всего — его уверенность в том, что я уже не могу относиться к нему так же, как раньше.

Но что еще хуже, он был абсолютно прав.

Мы вернулись в трейлер молча, не обменявшись больше ни единым словом за всю дорогу. Сам воздух между нами казался натянутым, пропитанным взаимной настороженностью и наполненным множеством вопросов, которые мы оба не решались озвучить.

Внутри стояла тишина — Финна, к счастью, не было. Он, похоже, снова отправился искать еду.

Старая мебель, тусклый свет экранов и едва слышное гудение аппаратуры создавали идеальный фон для разговора, которого я боялась, но уже не могла избежать. Я чувствовала на себе внимательный взгляд Тома, словно он подталкивал меня заговорить первой.

— Так во что ты меня втянула? — наконец произнес Том, прислонившись плечом к стене и скрестив руки на груди. Его голос не выдавал угрозы, но от этого было только хуже. Спокойствие всегда пугало куда сильнее, чем агрессия.

Я вздохнула, собираясь с духом, и наконец заставила себя встретиться с его взглядом. Глаза Тома были темными, изучающими, но я понимала, что тянуть дальше нельзя.

— В месть, — ответила я негромко, но твердо, и увидела, как его бровь приподнялась. В этом движении читалось любопытство, почти одобрение, и оттого слова полились сами собой: — Месть за мою сестру. Лиз пропала в «Поддержании», оттуда теперь не все возвращаются. Никто не попытался ее искать, будто ее и не было никогда.

Голос сорвался на последних словах, но я удержалась, не давая слезам пробиться наружу. Я больше не хотела показывать слабость, не хотела видеть жалость, хотя скрыть боль было едва ли возможно.

— Думаешь, это мой личный каприз? Возможно, ты прав. Но разве я одна такая? Ты хоть представляешь, сколько людей пропало в этих лабораториях? Что они творят с теми, кого никто не ищет? Эксперименты, пытки… и всем плевать! Я не могу просто жить дальше, точно ничего не случилось.

Последние слова я практически выкрикнула, понимая, что выгляжу сейчас жалко и отчаянно, но мне уже было плевать. Отвернувшись, я надавила ладонями на глаза, чтобы удержать слезы, и вздрогнула, когда услышала быстрые шаги Тома.

Его руки осторожно легли на мои плечи, мягко, но настойчиво развернув меня к себе. Я попыталась оттолкнуть его, сбежать, но он крепко прижал меня к груди, не давая вырваться. Вначале я дернулась, но затем замерла, внезапно ощущая странное спокойствие от того, как он держал меня — надежно, сильно и удивительно бережно.