Книга Сиротский приют у озера, страница 67 – Дэниел Г. Миллер

— Хейзел, чем ты тут занимаешься? Я, вообще-то, пытаюсь поспать.

Я поднимаю стул и пожимаю плечами.

— Извини, соня. У меня наметился прорыв в деле.

— Здорово, – говорит он, подавляя зевок.

Я несусь в свою комнату, хватаю джоггеры и толстовку с капюшоном. В гостиной надеваю все это поверх пижамных шорт и майки. Я слышу, как булькает кофеварка, и бегу обратно на кухню.

— Нет времени на кофе, спецагент К! Одевайся! Ты идешь со мной.

Кенни, который таращится на кофеварку как на источник вечной молодости, запрокидывает голову и смотрит в потолок. Мужчина проводит рукой по волосам. Он уже привык к моей импульсивности, но это не значит, что она ему нравится. При виде его страдальческого выражения лица я не могу удержаться от смеха.

— Черт. Серьезно? У меня жуткое похмелье. Я планировал просто отдыхать и играть весь день.

— Да, серьезно. Уже почти час дня, а ты всегда говорил, что хочешь стать моим напарником и помогать в расследовании. Что ж, теперь у тебя есть шанс.

Он переводит взгляд с потолка на пол, пытаясь найти оправдание в своем затуманенном сознании, но безуспешно.

— Ладно, пойду хоть штаны надену.

Я улыбаюсь, когда он, спотыкаясь, возвращается в спальню, чтобы переодеться. Сегодня будет хороший день.

Мы с Кенни выбегаем из многоквартирного дома, преисполненные энтузиазма. Энтузиазма, который быстро гасит погода. По небу плывут темные тучи, и в воздухе висит холодный туман. В самом городе чувствуется печальная осень. Улицы Чайна-тауна, обычно оживленные, стали унылыми, заброшенными и пустыми. Пожилые китайцы, которые обычно играют в го или шахматы в парке, остались дома. Здания, которые блестели на солнце, теперь прячутся в тени.

Мы мчимся сквозь моросящий дождь к станции метро. Уличная сырость впитывается в бетон, создавая на станции промозглый холод. Пока мы ждем поезд, дрожащий Кенни подпрыгивает на месте. Он здесь, но его тело еще не проснулось.

За нами на станцию следует мужчина. Длинный шрам пересекает его подбородок и спускается вниз по шее, испещренной рубцами от постакне. Резкие залысины переходят во «вдовий мыс»^[21]. Он напоминает мне Дракулу из старого черно-белого фильма – еще один любимец отца. Мужчина смотрит в телефон и набирает сообщение. У меня такое чувство, что я видела его раньше, но не могу вспомнить где.

Кенни не обращает на него внимания.

— Итак, куда ты меня тащишь на этот раз, Хейз? – говорит он скорее жалобно, чем вопросительно.

— Куда-то под названием «театр Диониса».

— Оке-е-ей. Что это?

Я боялась, что он спросит.

— Точно не знаю. Полагаю, что-то вроде подпольного театра. Но я думаю, что он мог заинтересовать Мию, и знаю, что точно заинтересовал еще одну девочку.

— Так там смотрят фильмы или спектакли?

— Честно говоря, понятия не имею. Я даже не знаю, театр ли это на самом деле. Я только сегодня утром нашла адрес на Reddit.

Кенни засовывает руки в карманы своей ярко-оранжевой флисовой куртки и раскачивается взад-вперед. В этом цвете он похож на охотника.

— Звучит ужасно. Лучше бы ты взяла меня с собой на благотворительный вечер.

Мужчина смотрит на меня, поджимает губы и кривится. Он пытается мне что-то сказать, но молчит. Я отмахиваюсь, чтобы разрядить обстановку.

— Это да. Но не думаю, что твое умение носить смокинг для этого подходит. Кроме того, в том заведении была квота на азиатов – по одному за раз.