Книга Ловушка для сверчков, страница 120 – Владимир Медведев

— Я посадил.

— Крутой стал, да?

— Э-э-э, приказали…

— Генерал приехал? Я не знал, – говорит Мурод. – Мне почему не сказали?

— Не генерал, жена.

— Ц-ц-ц-ц, – цыкает языком Мурод. – Она почему артиста выбросила? Вроде не старый. Наверное, потому, что маленький. Или, наверное, лишний.

Он рад неожиданному развлечению среди скучной, однообразной и грязной работы и не упускает случая повеселиться. Ему хочется внести свою лепту в спектакль.

— Эй, братки, вы не особо, – грозно произносит Карл. – За языком следите.

— Не обижайся, брат, – говорит Гафур. – Он шутит.

— Я тоже шутил, когда предлагал прокатиться, – надменно бросает Карл и уходит, держась так прямо, как позволяют рост и выгнутый дугой позвоночник, и со столь независимым видом, словно ему не впервой выбираться из мусорного бака изгвазданным всякой дрянью.

— Сильный мужик, – говорит Мурод по-таджикски, глядя ему вслед.

— Сильный, – на том же языке соглашается с ним Гафур. – Хотя и артист.

Вечером Катя стучит в дверь будуара Хельги и, получив разрешение, входит.

— Простите, что беспокою, но Эрик отказывается спать в своей комнате. Требует, чтобы вы взяли его к себе.

— Вы узнали, чего он боится?

— Мальчик говорит, что Купачупа видит в темноте. Ночью вылезет из бака и проберется в его спальню.

— Господи, я и забыла о мерзком карлике, – с досадой произносит Хельга. – Скажите Эрику, что я сейчас к нему приду, и не сочтите за труд передать Василию, чтоб зашел ко мне минут через двадцать.

Эрик ждет ее, сидя в пижаме на разобранной постели.

— Мама, я боюсь. Придет Купачупа…

— Эрик, ты напугал сам себя, – строго говорит Хельга. – Нет никакого Купачупы. А тот, кого ты так называешь, просто обычный человек, карлик. Ему не повезло, он не вырос, как другие дети, и оттого злится на весь белый свет.

— Он не похож на обычного человека, – упрямо говорит Эрик.

— А ты присмотрись к обычным людям и увидишь, что очень даже похож. Другие только ростом повыше. Ты ведь не боишься людей?

— Не боюсь.

— Вот и его не бойся. Ты смелый мальчик, и не забывай, что станешь генералом, как папа, когда вырастешь. А генералы никого не боятся, даже монстров.

Вернувшись в свой будуар, она вызывает Василия.

— Ступайте на хоздвор и выпустите карлика. Да постерегитесь, не то он вас покусает. Человеческие укусы долго заживают.

Василий молча кивает и выходит.

Возиться с кусачим карликом он считает ниже своего достоинства и перепоручает задание Сому. Тот, откинув крышку, обнаруживает, что бак пуст. Проклятый уродец ухитрился выбраться наружу. Сому наплевать, где он сейчас и как сумел выкрутиться. В конце концов, засранец получил свое, пусть гуляет до следующей экзекуции.

«Недостойно мстить по мелочам, – думает Сом. – Подлинная месть должна убивать наповал. Карликов в особенности».

Наблюдатель

Ночью Юрганов просыпается от странных звуков. Спросонок ему чудится, что дверной замок грызет железная мышь. Он зажигает настольную лампу. Мышь не унимается. Юрганов прислушивается и понимает: кто-то пытается отпереть его одиночку. К этому времени Юрганов уже думает о спальне для прислуги как о камере; до того, чтоб мысленно ее именовать «хатой», он еще не дошел – стилистика не та, к тому же он предполагает, что камера получает такой статус, когда в ней содержится несколько арестантов. Есть ли особое название для одноместных помещений, он не знает. Мышь меж тем все скребется и скребется. Юрганов с любопытством и без особой тревоги ожидает результата возни – сумеет ли неизвестный справиться с замком. Если это Масяня, у которой вдруг вспыхнули романтические чувства, то у нее есть ключ. При всем при том ему вряд ли суждено вызывать любовное томление у таких дам, как Масяня, – он оценивает себя беспристрастно и так высоко не взлетает. А если бы хозяйка послала ассасина, чтобы удавить его за непокорство и непочтительность, а затем замаскировать смерть под самоубийство, она снабдила бы исполнителя ключом. Юрганов не то чтоб совсем не верит в такую версию, но полагает, что еще не достиг критического градуса непочтительности. Впрочем, у каждого своя шкала. Других версий он не выдумывает. Да и эти шуточные, несерьезные.