Книга Ловушка для сверчков, страница 83 – Владимир Медведев

Вероятно, это могло проскочить. Ничего не случилось бы, если б королева-мать, Митрохина, довольно-таки дрянная актриса, стерва и склочница, не захохотала. И волшебство разлетелось вдребезги. Бесталанная баба-дура заразила всех. Вслед за ней в зале захохотал Немрич. Попадали со смеху актеры на сцене. Осветители на своих заоблачных балконах. Хохотали рабочие сцены, сбежавшиеся посмотреть из-за кулис на необычного актера. Да я бы и сам рассмеялся, если б не был готов заплакать, глядя на крохотного Гамлетика, который просится на ручки к каланче Офелии. Проклятый Шекспир! Надо же было подсунуть нам такую мину-ловушку. Да и Немрич хорош. Я убежден, он намеренно выбирал именно эту сцену из-за злосчастной реплики. Не понимаю только зачем…

На следующий день Михаил на репетицию в Доме культуры не пришел. Да не было его и через день, и неделю спустя. Я сбился с ног, пытаясь его отыскать. И вернее всего, никогда бы не нашел, если б мне не позвонил его дядюшка Арсений Федотович. Пожалуйста, придите…

Бедный Кузнечик! Он лежал неподвижно, отвернувшись и закрыв голову руками, на большой кровати, застеленной серым покрывалом, и казался маленьким свертком детской одежды, небрежно сдвинутым к стене.

— До сих пор молчит, – сказал Арсений Федотович.

Я присел на кровать, позвал негромко:

— Михаил.

Понимал: Кузнечик не откликнется, но хотел, чтобы тот знал, что я пришел его проведать. Арсений Федотович кивком поманил меня из комнаты. На маленькой опрятной кухне мы сели друг напротив друга за маленьким столом.

— Было у него уже такое, – сказал Арсений Федотович. – Психотерапевта вызывали, не помог. Шаман вылечил.

— Здесь у нас настоящего шамана днем с огнем не сыщешь, – сказал я. – Только самодеятельные, книжные…

— Да и у нас сильный шаман – редкость. Мишу мы за двести километров от Нарыма в стойбище возили.

Как ни хотелось мне разузнать хоть что-нибудь о Мишином прошлом, я был уверен, что и на этот раз мне ничего не расскажут, и даже спрашивать не стал ни про шамана, ни про все остальное. Однако ошибался. Арсений Федотович внезапно разоткровенничался.

— Мишина мать, Клавдия, младшая моя сестра, женщина творческая. Еще девчонкой сказала: «Буду артисткой» – и стала. А в школе в пьесах играла, в самодеятельности. Закончила учиться, собралась в Москву в театральный институт. А пока суть да дело, записалась в театральный кружок в центре культуры и отдыха «Камертон».

А как раз в это время московский театральный институт сам явился к нам в Сургут. Профессора учить приезжали, артисты знаменитые. Клава, само собой, записалась на курсы. Так что обучение проходило, можно сказать, на дому. Хвалили ее. А профессор один, не помню фамилию, говорил: «Эх, Клава, вам бы другой норов, были бы звездой. Таланта у вас пропасть». Она мне сама пересказывала, возмущалась: «Почему он так говорит? Чем ему мой характер не по нраву?» Я, конечно, в искусстве ни в зуб ногой, всю дорогу на буровых, но что имел в виду профессор, очень даже хорошо понимал. Клава сдерживать себя не умела. Не хотела. И думаю, сама это понимала, потому в Москву не уехала.

В Сургуте ее терпели, а там не стали бы. Тем более что к тому времени в Сургуте открылся настоящий театр и сделалась Клава настоящей артисткой, как мечтала. Одна только беда. Хотя смотря с какой стороны посмотреть, может, даже и не беда. Связалась Клава с одним фруктом. Был у них в театре такой Коробов Андрей, артист. Хвалили его талант, называли гением, а как оно было на самом деле, не знаю. Сами понимаете, всю дорогу на буровых, судить не могу, но я его на дух не переносил. Но Клаве, естественно, ни слова. А потом он вдруг пропал. Исчез, как его не было. Что случилось, неизвестно. Уехал он, ни с кем не попрощавшись, убили его или что-то такое случилось, что и придумать невозможно. А полиция долго разбиралась, но так ничего и не выяснила. Что с Клавой было, рассказывать не стану. Можете представить. Тут-то выяснилось, что ждет она от него ребенка. Хоть одно что-то хорошее от него осталось. Я даже, грешным делом, думаю иногда, может, он затем только и был нужен, чтобы Миша появился.