Онлайн книга «Семейные ценности»
|
Пролог — Ты вся промокла! — обеспокоенно говорит мужчина, а после наклоняется в мою сторону и торопливо лезет в бардачок. Вытаскивает пачку сухих салфеток. Я горько всхлипываю и опять касаюсь экрана телефона. Опять вызываю мужа, а он не отвечает. Незнакомец тем временем пытается неуклюже вытереть мое мокрое лицо и шею салфетками. Промакивает волосы, вздыхает и вырывает из пачки новую порцию сухих салфеток. Я вся дрожу. Муж так и не отвечает. Экран гаснет, и в темноте я вижу только свое отражение: опухшие глаза, размазанная тушь, прилипшие ко лбу мокрые пряди. Красивая, нарядная, ждала его. — Да что же такое, — мужчина вздыхает и стягивает пиджак, в который затем неловко укутывает меня. — Замерзла совсем. Вся дрожишь… Ткань еще хранит тепло его тела. Пиджак тяжелый, пахнет терпким парфюмом немного потом, и я непроизвольно втягиваю этот запах — Это не от холода… — шепчу я. — Я сейчас печку включу… подожди… — тянется к экрану приборной панели. — Согреем тебя… Крепко сжимаю телефон и зажмуриваюсь. Мой муж забыл про наше свидание. Я ждала его такая красивая, нарядная, а он забыл. — Зачем ты стояла под дождём? — спрашивает незнакомец, который пять минут назад выскочил ко мне под дождь и спрятал в машине от холода и сырости. Я не знаю почему, но я не сопротивлялась. Когда он выбежал из этой машины, когда схватил меня за локоть и потянул к черному внедорожнику, когда сказал: «Вы же простудитесь!»… я совсем не испугалась. Обреченно смотрю на него. Обреченно смотрю на него. Ему лет сорок пять. Благородные, чёткие черты лица с высокими скулами и красивыми бровями, которые изгибаются к кончикам. В темных коротких волосах уже пробилась редкая седина. А ещё у него усталые глаза. Очень усталые. Такие глаза бывают у людей, которые привыкли держать удар, но они уже оказались у самого края в своей борьбе. — Я должна была вызвать такси… — Почему не вызвали? — Это нервный срыв, — глухо отвечаю я и отворачиваюсь к окну. П По стеклу бегут капли, размывают огни фонарей. — Я же истеричка… Так муж говорит… — слова выходят горькими и липкими. Я слышу свой голос со стороны. Он жалко дрожит, и мне становится стыдно за мою истерику. Так стыдно, что хочется открыть дверь и выбежать обратно под дождь, но я не могу пошевелиться под тяжесть теплого пиджака. Я ждала мужа в ресторане час. Сидела у окна, пила воду мелкими глотками, ловила взгляды официантов, которые уже понимали, что никакого свидания не состоится. А потом… меня накрыло. Встала, оставила на столе деньги за воду и вышла. Вышла прямо под дождь в надежде, что холодная вода смоет мою обиду, разочарование и страх, что мой муж сейчас с другой женщиной. Не знаю сколько времени проходит прежде чем я слышу: — Меня Глеб зовут. Голос у него — тихий, низкий и с бархатной хрипотцой. Он бы мог быть диктором на радио в вечерние часы. Я вновь смотрю на мужчину, а он криво и немного наивно улыбается. Улыбка у него неловкая, будто он разучился улыбаться, но очень старается. — Я знаю, что женщины не доверяют незнакомцам… Но мы теперь знакомы, — напряженно смеётся и тихо признаётся, — я не маньяк, честно. — Рита, — я выхватываю из пачки, которую он держит в руках, сухую салфетку и вытираю влагу под носом. Движение выходит нервным, почти агрессивным. — Я и не подумала, что вы маньяк. Маньяки любят молодых, — усмехаюсь, — а я уже старовата для того, чтобы меня похищали и… |