Книга Развод по жизненным показаниям, страница 26 – Амира Гиреева

Квартира встречает запахом корвалола и бубнежем телевизора.

Даша уже спит в нашей комнате, а вот ее бабушка ждет меня на кухне. Она сидит за столом в халате, скрестив руки на груди.

— И где ты шляешься? — вместо приветствия шипит мать, чтобы не разбудить внучку, но яда в голосе от этого меньше не становится.

— Я была на работе, мам. Смена до семи.

— До семи! А на часах уже десять! — она гневно сверкает глазами сквозь очки. — Мать семью рушит, а ребенок дома один сидит, переживает! Ты вообще о Дашке думаешь? Или уже ухажера себе пошла искать, пока муж с ума сходит?

Я устало прикрываю глаза, стягивая куртку.

— То, что мой пока еще не бывший муж с ума сошел — это ты верно подметила. Игорь буквально напал на меня возле больницы, мама. Он был пьян и распускал руки. Если бы за меня не заступились, я не знаю, чем бы все закончилось.

Увы, токсичная логика моей матери непробиваема.

— Ох, до чего же ты дурная у меня, Ленка. А чего ты хотела?! Довела мужика! Конечно, он в бешенстве! Развод она удумала... Ничего, перебесится и успокоится. И ты успокойся.

Я молча разворачиваюсь и ухожу в комнату.

Спорить бесполезно.

Раздевшись, беру полотенце и отправляюсь в ванную.

А потом, ложась на узкую кровать рядом со спящей Дашей, я с кристальной ясностью понимаю: жить здесь дальше невыносимо.

Эта квартира — такая же клетка, как и мой брак, только прутья в ней другие.

Наступает суббота.

Пока мать ушла на рынок, я сижу за кухонным столом, обхватив голову руками, и смотрю в экран ноутбука. Открыты вкладки с сайтами недвижимости.

С каждым новым объявлением отчаяние накатывает с новой силой, сдавливая грудную клетку. Цены на аренду просто космические.

Чтобы снять самую убитую «однушку» на окраине, мне нужно заплатить за первый месяц, внести залог в таком же размере и отдать комиссию риелтору. Итого — сумма, равная моей зарплате за полтора месяца.

У меня таких денег нет. Те крохи, что я успела отложить «на черный день», ушли на гостиницу, продукты и оплату госпошлины за развод.

Я тру воспаленные глаза, чувствуя себя загнанной в угол крысой.

— Мам? — тихий голос Даши заставляет меня вздрогнуть.

Дочь стоит в дверях кухни, кутаясь в безразмерную толстовку. Она выглядит бледной и подавленной. Я быстро захлопываю крышку ноутбука, натягивая на лицо ободряющую улыбку.

— Доброе утро, солнышко. Будешь завтракать?

Даша садится напротив меня, подтягивая колени к подбородку. Она смотрит на ноутбук, потом на мое лицо с залегшими тенями.

— Ты ищешь квартиру, да? — спрашивает она глухо. — У нас нет денег?

— Все нормально, Даш. Я все решу.

— Мам... может, мне пойти подработать? Листовки раздавать или в кафе посуду мыть после уроков? — ее глаза наполняются слезами. — Из-за меня тебе приходится все это терпеть. Если бы не я, ты бы давно от него ушла. Я просто... обуза.

— Даша! — я вскакиваю, обхожу стол и крепко прижимаю дочь к себе, зарываясь лицом в ее светлые волосы. Сердце разрывается от боли за своего ребенка. — Никогда, слышишь? Никогда так не говори. Ты — лучшее, что есть в моей жизни. А с деньгами мы разберемся. Все будет хорошо.

Но, обнимая Дашу, я смотрю в стену поверх ее головы и понимаю, что вру. Я уже не знаю, когда это «хорошо» наконец настанет.