Книга Упрямая Истинная для Ледяного Дракона, страница 32 – Юлианна Винсент

После занятия, чувствуя себя заправским укротителем стихий (пусть и слегка обгоревшим), я наконец-то выследила представителей Факультета Негативных Установок.

Они прятались в подсобке архивов, среди кип пыльных томов с названиями вроде “Хроники Неудач: Том LXIV”.

Кассиус, Веста и Нихилистрон сидели втроем за столом, покрытым слоем пыли толщиной в палец.

— А, — мрачно сказал Кассиус, увидев меня. — Это она. Та, что несет с собой… оптимизм. Берегись, Веста, это заразно.

— Я просто хочу поговорить, — начала я, садясь на единственный свободный ящик.

— О чем? — спросила Веста, смерив меня взглядом профессионального обесценивателя. — О твоих мнимых успехах с пироманом? Поверь, это просто статистическая погрешность. И ему просто повезло, что ректор был рядом, чтобы потушить последствия.

— А зачем вообще что-то тушить? — философски протянул Нихилистрон, уставившись в стену. — Все равно в итоге все обратится в прах. Или в пепел.

— Отличная мысль, — кивнула я. — Значит, и сопротивляться моим вопросам тоже бессмысленно? Все равно отвечать придется.

Нихилистрон на секунду задумался, затем медленно повернул ко мне голову.

— В этом есть своя… нерушимая логика, — признал он.

— Вот и славно. Давайте так: что нужно вам троим, чтобы перестать… ну, быть таким вот фоном вселенской тоски? Кроме как отмены вселенной в целом.

Кассиус тяжело вздохнул.

— Гарантии. Чтобы ничего не менялось к худшему. А лучше — чтобы ничего не менялось вообще.

— Понимаю. Стабильность. А тебе, Веста?

— Признание, — выпалила она, затем смущенно поправила очки. — То есть не мое, конечно. Признание того, что любые позитивные изменения — случайность, ошибка системы или временное явление. Чтобы все знали истинную цену всему этому “прогрессу”.

— Звучит как должностная инструкция критика. А тебе, Нихилистрон?

Он медленно перевел на меня свой потухший взгляд.

— Печенье. С шоколадом. Перед тем как все обратится в прах, хочется попробовать печенье с шоколадом. В последний раз я ел его… никогда.

Я записала это в блокнот. “Печенье с шоколадом. Для Нигилистрона. Срочно!”

— Считайте, что ваши требования приняты к сведению, — сказала я, вставая. — Кассиус, вам будет предоставлена зона стабильности — кабинет, где ничего нельзя переставлять. Веста, вы получите официальный статус внутреннего ревизора и право составлять отчеты о потенциальных рисках любого нововведения. А печенье… печенье будет.

Я уже выходила из подсобки, когда меня догнал голос Нихилистрона, в котором впервые прозвучали нотки слабого, едва уловимого интереса:

— А… какао будет?

— Двойная порция, — пообещала я, не оборачиваясь.

День подходил к концу. Я шла по коридору, размышляя о шоколадном печенье, отчетах Весты и о том, как странно пахнет обгоревшая кожа на ледяном драконе.

Усталость была приятной. Дела шли. Пусть медленно, со скрипом и мелкими пожарами, но шли.

И уже почти добралась до своей комнаты, когда из ниши в стене вынырнул Искрик.

— Мисс Летти! — прошептал он таинственно, озираясь. — Там к тебе пришли.

— Ко мне? — насторожилась я, удивленно взглянув на дракончика. — Кто?

— Не знаю. Двуногие. Не наши. Один — пахнет дешевым пивом и злобой. Другая — страхом и мерзкими духами. Они спрашивали тебя у входа. Говорили… что ты им должна.