Книга Целительница для генерала. Я его лекарство после развода, страница 106 – Екатерина Гераскина

Лицо правителя было мрачным, черты заострились, а в глазах плескался холод. Кейган выглядел еще более хмурым, чем обычно, держа в руках толстую кожаную папку — точно такую же, в которой мне когда-то принесли досье на Киру.

«Не к добру», — пронеслась в голове четкая, тревожная мысль. Если правитель Империи и начальник всех спецслужб лично, тайно, под покровом ночи заявляются в дом к своему генералу — значит, ситуация вышла из-под контроля. Значит, ставки взлетели до небес.

— Ваше Величество, — я коротко поклонился, отступая в сторону. — Кейган. Проходите.

Они молча переступили порог. Эрэйн скинул капюшон, провел рукой по темным волосам и тяжело посмотрел на меня.

— Закрой дом, Нортан, — голос императора звучал сухо и глухо. — Установи максимальный уровень защиты. То, что мы сейчас будем обсуждать, не должно покинуть этих стен.

Я молча повиновался, накинув на дом такой плотный водяной купол, что сквозь него не просочилась бы даже пылинка. Мы прошли в мой кабинет. Кейган плотно закрыл за нами дверь и бросил свою кожаную папку на мой стол.

— Лаборатория дала результаты по выпечке, — без предисловий начал Блэквут, глядя на меня своим тяжелым, немигающим взглядом. — Твое чутье тебя не подвело, Нортан.

— Это не просто зелье, Нортан, — глухо произнес Эрэйн, перехватывая инициативу у главы тайной канцелярии. Император прошел вглубь кабинета и тяжело оперся ладонями о столешницу, глядя мне прямо в глаза. — Лабораторные исследования шли так долго именно потому, что состав оказался нестабильным. Наши лучшие алхимики едва не сломали головы.

Я нахмурился, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость.

— Что значит нестабильным?

Кейган кивнул и продолжил:

— В этих пирожных был обнаружен крайне странный, я бы даже сказал, изощренный алхимический состав. Там были установлены такие компоненты, которые буквально саморастворялись при контакте с любыми стандартными реагентами. Они уничтожали сами себя, поэтому полностью, до последней капли удостовериться в формуле и вычленить каждый ингредиент у нас не получилось. Но то, что удалось спасти и проанализировать, вполне достаточно для понимания картины, — жестко продолжил Кейган. — Половина этого состава была направлена исключительно на одно: жесткое, тотальное подавление воли. Это факт, Нортан. Зелье должно было сломать твои ментальные барьеры изнутри, усыпить бдительность и сделать тебя внушаемым.

Я шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Одно только осознание того, что эти лощеные аристократы пытались превратить меня, боевого генерала, в безвольную куклу, вызывало тошноту. Но император еще не закончил.

— А вторая половина состава... — Эрэйн сделал тяжелую паузу, и в его глазах мелькнуло отвращение. — Там была кровь, Нортан. В сладкой выпечке была человеческая кровь, обработанная сложнейшими заклинаниями. Скорее всего, это была кровь самой Виты.

Я замер. Внутренний дракон, до этого яростно бивший хвостом, вдруг зарычал с такой первобытной злобой, что в кабинете едва заметно дрогнули стекла.

— Кровь... — процедил я, чувствуя, как ногти впиваются в ладони до боли. — Чтобы мой зверь...

— Именно, — кивнул Кейган, мрачно скрестив руки на груди. — Чтобы твой дракон зацепился за её запах. Чтобы магия крови обманула инстинкты, заставляя твою сущность принять её за истинную пару. Это грязно, Нортан. Это запрещено всеми законами Империи, но это работает. Если бы ты съел хотя бы кусок, процесс привязки запустился бы мгновенно.