Книга Темные тропы, страница 50 – Джули Шэн

— Нормально. – Дохён вытащил из сумки шкатулку и протянул её Уджину. – Сынмок сказал, что мы закончили миссию. Так что возвращаю.

Уджин принял шкатулку, приподняв брови. На его губах мелькнула удовлетворённая улыбка:

— Значит, справились? – Он помедлил и провёл ладонью по резной крышке. – Судя по всему, Хара проводила обряд и напоила кинжал своей кровью. Или я ошибаюсь?

Дохён нервно сжал кулаки:

— Да. Она сама всё сделала. – Он не хотел вдаваться в подробности, но изнутри жгло непонятное чувство. Дохён потёр лоб и потупился. – И я надеюсь, что больше ей не придётся делать ничего подобного.

Уджин хмыкнул, медленно открыв шкатулку и бросив беглый взгляд на кинжал. Уголки его губ дрогнули в загадочной усмешке:

— Это был вопрос времени. От судьбы не уйдёшь, и ты это прекрасно знаешь. – Уджин наклонил голову и посмотрел поверх очков на Дохёна.

Тот вскинулся при этих словах:

— От какой судьбы? Мы ещё ничего не знаем точно. И вообще, откуда ты…

— Я понимаю твои эмоции, – Уджин перебил его ровным голосом, не дав договорить. – Но ты же ходил к Ёнмуну. – Он достал из кармана старые часы на цепочке и посмотрел на них. – Старик рассказал тебе, чем занимался Инсок-ним. Да и вы с Харой оба чувствуете, что долг вас зовёт. Сопротивление лишь принесёт страдания.

— Посмотрим, – оборвал Дохён, не желая продолжать разговор. – Я домой, сегодня больше не приеду.

Уджин ответил молчаливым кивком и, аккуратно опустив крышку деревянной шкатулки, исчез в глубине лавки. В душе у Дохёна преобладали раздражение и беспокойство. Он был не в силах терпеть намёки на то, что судьба предрешена: ему хотелось защитить сестру от всего, но при этом он понимал, что её сила растёт. Если раньше они одинаково чувствовали мир духов, то сейчас… Дохён готов был поклясться, что Хара очень многое недоговаривает.

До дома они добрались быстрее, чем Дохён предполагал. Подъехав ко двору, он нажал на кнопку брелока, и рольдвери гаража медленно поднялись. Припарковавшись, Дохён повернулся к сестре и понял, что она ещё спит. Он аккуратно коснулся её лба – горячий. Тихо выругавшись себе под нос, он быстро вышел из машины, обошёл её и открыл пассажирскую переднюю дверцу. Затем наклонился к Харе и, забросив одну её руку себе на шею, подхватил сестру под колени, чтобы, приподняв, прижать к себе.

С входной дверью дома пришлось немного повозиться, но, открыв замок, Дохён прошёл по коридору и свернул в комнату Хары. Он уложил сестру на кровать, аккуратно снял с неё куртку и ботинки, отнёс их в прихожую и разделся сам. Прикоснувшись ко лбу и шее ещё раз, он снова убедился, что Хара пылает от жара.

— Проклятье, – пробормотал он и направился в ванную. Достав из шкафа небольшой таз, Дохён налил в него тёплой воды и взял чистое полотенце с полки. – Вот чем оборачивается самостоятельное изгнание. Надо было ехать к Сонджу.

Он вернулся в комнату сестры и подошёл к её прикроватной тумбочке, поставил на неё таз с водой и смочил полотенце. Затем медленно протёр открытые участки тела Хары, стараясь охладить разгорячённое лицо и шею. На мгновение мелькнула мысль привезти Сонджу сюда. Дохён мотнул головой. Нет, ноги этой мудан не будет в доме, пока он не узнает все тайны ордена Унмён Суходан.

Закончив, Дохён бросил полотенце в таз и вздохнул, скользнув взглядом по разбросанным на столе Хары бумагам и книгам. Он заметил одинокий листок, лежащий сверху, и почему-то тот привлёк его внимание. Дохён на автомате потянулся к маленькой записке. Он нахмурился, потёр глаза и ещё раз вчитался в единственную строчку, написанную аккуратным почерком. «Джун» – гласила подпись. Судя по всему, он ждал встречи с Харой завтра, в конкретное время и в определённом месте.