Книга Небесная танцовщица. Книга четвёртая, страница 138 – Ната Лакомка

— Поцеловать кобру?! Ты сошла с ума? – Анджали даже рассмеялась сухим, злым смехом.

— Тата укусит тебя несколько раз, – ответила Чакури, – это больно, но ты не бойся. Когда-то давно Танду уже впрыснул в твоё тело змеиный яд. Тата не убьёт тебя, змеиный яд для тебя не опасен. Но если он оставит шрамы на твоём лице, я плакать не стану.

Шипение исчезло, и в подземелье стало тихо. Анджали подождала немного, прислушалась, а потом пошла на свет факелов.

Кобра… Укусит, но яд не повредит… Иногда змеиный яд бывает лекарством… Но вряд ли тогда, когда это «лекарство» получают во время укусов…

Свет приближался, и Анджали призвала себя к спокойствию. Змея. Кобра. Не тигр, что уж там говорить. И целовать её не обязательно…

Стало светлее, и теперь было видно, что пол в подземелье усеян не камнями, а золотыми монетами и драгоценными камнями. Кое-где из этого драгоценного покрова высовывались рукояти кинжалов, руки и головные уборы золотых статуй. Сколько же насыпано здесь золота? На локоть? На два локтя?

Теперь Анджали видела вход в освещённую пещеру. Мягкий блеск золота и пугал, и притягивал. Остановившись в тени, Анджали несколько раз повела плечами, покрутила руками, разминая мышцы, а потом осторожно ступила в пятно света.

Выглянув из-за стены, Анджали обнаружила, что пещер с сокровищами огромна. Трудно было представить, сколько драгоценностей здесь находилось. Золотые монеты, золотые слитки, неогранённые рубины, куски бирюзы, ожерелья и браслеты искусной работы, статуи богов с лицами, выложенными кусочками перламутра, с телами, выложенными пластинками слоновой кости.

Под самым потолком, откуда лился свет факелов, шёл каменный балкон – арки были вырублены в камне, украшены резьбой, и из-за этих узорчатых решёток на Анджали с любопытством смотрели десятки глаз.

Чакури сказала, люди будут наблюдать… Конечно, такое зрелище – как женщина с криком убегать от ядовитой твари… Царское представление.

Вот только женщина не будет убегать и кричать.

Стиснув зубы, Анджали вошла в пещеру, прижимаясь спиной к грубо отесанной стене. Переступая мелкими шажками, она отошла от входа. Если какая-нибудь тварь вылезет из коридора, следом за ней, то не сможет наброситься сразу.

Золотые монеты осыпались под ногами, как камешки, но Анджали уже не обращала на них внимания. Что значит мёртвый металл по сравнению с человеческой жизнью? Жизнь бесценна… Особенно та, что сейчас досталась ей и Танду… И так просто она её не отдаст…

— Она развязалась! – раздался сверху удивлённый женский голос.

Кажется, это произнесла вторая царица Нирмали. Простодушная лань, а ведь что устроила?.. Так и задумаешься, кто опаснее – слон, который бежит с рёвом и грохотом, или вот такая змея, которая тихо подберётся и ужалит в пятку.

Еле слышное шуршание заставило Анджали насторожиться. Она сразу узнала этот звук – так шуршит змеиная чешуя. В царстве нагов такой звук слышался не раз, ошибиться невозможно.

Факелы светили по ту сторону резной каменной решётки, и от их неровного тёплого света драгоценности казались живыми – они мерцали, вспыхивали и затухали, будто огромная змея свернулась клубком и чуть подрагивала, переливаясь чешуёй.

Прошло мгновение, другое…

— Где же ваш Тата? – громко спросила Анджали, потеряв терпение. – Может, испугался моих поцелуев?