Книга Благородные устремления, страница 145 – Анастасия Медведева

Новый экипаж останавливается перед нами ещё до того, как наши гости успевают тронуться с места.

Всё это... как-то слишком слаженно!..

Итай помогает госпоже Ха’гон забраться внутрь, затем спускается и подаёт мне руку.

— Ты слишком сильно о ней заботишься. Уже все всё поняли, можешь остановиться, - произносит его матушка, стоит нам всем сесть на места.

Молчу, опустив взгляд в пол. Пытаюсь понять, по поводу чего сказаны эти слова.

— Я делаю это, потому что мне приятно это делать. Тут нет второго дна, - ровно отзывается Итай.

— Выставлять себя торопливым глупцом тебе приятно? - задаёт вопрос госпожа Ха’гон.

— Она должна быть защищена от всего, что с ней может произойти за эти несколько дней, - отзывается её сын, не прикасаясь ко мне и никаким другим образом не показывая, что речь идёт обо мне.

А... она вообще обо мне идёт?..

— Ичхе даже себя не может защитить. На кого ты надеешься? - сухо уточняет госпожа.

— К слову, зачем Ичхе поехал с вами, матушка? И кого именно защищает стража из дворца? - ещё суше уточняет Итай.

— Ты знал, что мне нужен этот союз, и всё же поступил по-своему, - уже абсолютно бесстрастно отвечает госпожа, взглянув на сына, - а теперь продолжаешь демонстрировать своеволие. Такова она, твоя сыновняя почтительность?

— Если бы я не был своевольным, я не был бы ни генералом, ни защитником границ, о котором судачит вся столица вам на радость, матушка. Думаю, вы требуете от меня чего-то невероятного даже по собственным меркам: нельзя быть безвольным и при этом иметь множество заслуг.

— Ну, конечно, можно! Взгляни на местного Наместника! Все его заслуги - результат интриг его советников! - фыркает госпожа.

— Предлагаете мне равняться на него? - без эмоций уточняет Итай, после чего в экипаже устанавливается тишина.

— Тот человек не отпустит тебя так просто, надеюсь ты понимаешь это? - уже совершенно другим голосом произносит его матушка.

— Он избавился от своих конкурентов и смог за пару лет пустить корни по всему Приграничью. Такую заразу будет сложно вывести, - Итай откидывается на стену экипажа и прикрывает глаза. - Надеюсь, дворцовая стража успела его хорошенько избить прежде, чем оставить за решеткой? Часа не пройдёт, как он будет на свободе.

— Разумеется, ему преподали урок. Но если бы у меня была возможность задержаться в доме Наместника, я бы могла одним своим присутствием удержать его за решеткой, минимум, на пару дней! Однако, твоя ненаглядная наложница решила показательно избавиться от служанки княжны! И я вынуждена была покинуть поместье! - указав на меня подбородком, но так и не взглянув в мою сторону, отчитывает сына госпожа.

А у меня, наконец, складываются все части картины...

— Прошу прощения! Я не знала, насколько сильна связь госпожи и наказанной служанки, - склоняю голову так низко, насколько это возможно.

— Амай предупредила меня обо всём заранее. Так что не вини её за своеволие. Я знал, что сегодня - последний день службы Уны в моём поместье, - отрезает Итай и кладёт ладонь на мои сложенные на коленях руки.

— Ты беспечен, сын! Избавляться от такого козыря накануне главного сражения! Неужели присутствие этой девчонки было настолько невыносимо? - вздыхает госпожа Ха’гон.

— Она пыталась забраться в мою постель не меньше десяти раз. Я устал «забывать» об этом, - бесстрастно отзывается Итай, глядя в противоположную стену.