Книга 500 лет ожидания, страница 91 – Рина Рофи

— А кольцо откуда? — спросил вдруг дедушка. Он сидел в углу, на своей любимой подушке, и смотрел на мою руку. Глаза у него были старые, выцветшие, но острые — ничего не упускали.

Я машинально коснулась кольца.

— О, это… — я замялась, чувствуя, как мама и папа тоже повернулись ко мне. — Подарок. От фаната. Или от поклонника. Не знаю точно. Его оставили на пороге в коробочке и без записки.

— М-м… — дедушка поставил чашку на столик и подался вперёд. — Такое кольцо, Мэй, не дарят просто так. Лис в огне. Девять языков пламени. И глаза — янтарь. Очень редкая работа. Очень древняя. Очень… особенная.

— Да, мне говорили, — я сглотнула. — Что это кольцо как будто для жены духа. Что такие кольца дарили посланники Инари своим избранницам.

— Да, — дедушка кивнул, и его глаза потеплели. — Ты помнишь, я рассказывал тебе их в детстве. О посланниках Инари. О кицунэ. О том, что у них были истинные жёны. Те, которых они выбирали. Одну и на всю жизнь. Не на одну человеческую жизнь — на вечность. Они дарили им кольца — такие, как твоё. С лисом. С огнём. И кольцо это было не просто украшением. Это был знак. Обещание. Клятва.

— Романтично, — прошептала я, глядя на лисью морду, что смотрела на меня с пальца.

— Очень романтично, — дедушка улыбнулся. — И очень серьёзно и если верить легендам, тот, кто подарил тебе это кольцо, выбрал тебя. Навсегда. И будет ждать, пока ты примешь его выбор. Пока ты сама скажешь «да». Не ему — вечности. С ним.

Мама всхлипнула. Я подняла голову — у неё на глазах блестели слёзы.

— Мам, ты чего?

— Ничего, — она шмыгнула носом. — Просто… красиво. Очень красиво. Фанат подарил такое кольцо… Мэй, а вдруг это не просто фанат?

— Мам, духи не ходят по улицам Киото и не оставляют кольца на пороге.

— Откуда ты знаешь? — дедушка хитро прищурился, и я не нашлась с ответом. Откуда я знаю. После сегодняшнего дня — откуда я вообще что-то знаю? — Духи, Мэй, существуют, — сказал дедушка.

Я замерла. Пальцы, что крутили кольцо, остановились. Мама вздохнула и закатила глаза.

— Пап, ты слишком набожный. Всю жизнь в храмы ходишь, все легенды наизусть помнишь. Духи, лисы, боги… Это всё красивые сказки. Для детей. Для туристов. Для фестивалей.

— Это ты не видишь дальше своего носа, дочка, — дедушка посмотрел на маму поверх очков, и в его выцветших глазах мелькнуло что-то острое, молодое. — Мир не заканчивается на том, что можно потрогать руками и духи не обязаны показываться тем, кто в них не верит. Они просто живут рядом. Всегда жили.

— Ну вот опять, — папа вздохнул и откинулся на подушку. — Снова вы спорите. Тридцать лет одно и то же. Мэй, не обращай внимания. Твой дедушка — мистик, твоя мама — скептик, а я — инженер. Я вообще не понимаю, о чём речь.

— Ты — агностик, — сказала мама. — Это другое.

— Я — реалист. Вижу то, что вижу. А чего не вижу — того, значит, и нет.

— Ты не видишь электричество, — возразил дедушка. — Но оно есть и чайник греет.

— Электричество можно измерить приборами!

— А духов можно измерить верой. Это тоже прибор, просто другого типа.

Я переводила взгляд с мамы на дедушку, с дедушки на папу. Они спорили так уже, наверное, всю жизнь и в этом споре было что-то родное, домашнее, уютное.

Дедушка повернулся ко мне. Посмотрел на кольцо. Потом на моё лицо.