Книга Жена герцога-палача хочет развода, страница 26 – Мария Ливи

«Я и есть её палач»?!

— Я ни о чём не жалею, — это были последние слова моей жены прежде, чем металл отсёк её голову, а тело обмякло.

Закричав, я проснулся в холодном поту.

Вся рубаха была мокрой и прилипла к телу, став второй кожей. Сердце колотилось как бешеное. Сев на кровати, я схватился за голову.

— Снова… — он приходит ко мне всё явственнее. — Что я сделаю в будущем? Что мы оба натворим, чтобы это случилось?..

Этот сон снился мне уже в четвёртый раз. Впервые случился за неделю до свадьбы. Но тогда я не видел Мэриэн в лицо и не придал большого значения. Мало ли что сдуру привидится, когда ночами не спишь…

А после повторилось — в день нашего сочетания брачными узами. После официальной церемонии, где присутствовала королевская чета и видные лица в столице. Большая часть из которых — вхожие в первую палату лордов.

Как дурной, смотря на Мэриэн в фате, я видел её же, стоящую босыми ногами на эшафоте. Потому и не пошёл к ней в брачную ночь, уехав в портовый дом, к женщинам, которым плевать на мои сны.

Но сегодня сон вернулся. И теперь я видел не просто размытую картинку — я видел её взгляд. Полностью разочарованный во мне.

Что это значит?..

Я встал, подошёл к окну и, приоткрыв его, позволил холодному воздуху ворваться внутрь. Бумаги, лежащие на столе, разлетелись, как только ветер добрался до них своими когтистыми лапами. За окном уже непроглядная тьма, но не ночь. Замок никогда не спал. Даже сейчас. Разве что стража могла немного расслабиться и посудачить над сегодняшними событиями.

— Лорд Торн? — раздался голос за дверью.

«Николаус».

— Войди.

Дверь со скрипом открылась, и в проёме возник силуэт старого друга детства и соратника ныне. Он посмотрел на меня, а затем, переведя взгляд на сбитую постель, покачал головой. Только двое знали о моём недавно появившемся «недуге» — мигрени, как я её называл.

— Леди Блэйк разместили в гостевых покоях, как вы приказали.

Я кивнул.

— Отправь её поутру в придорожную гостиницу. Как я и приказал. Жене я сообщил, что Блэйк уедет сегодня вечером. Но… — мне не простят, что я пустил женщину одну со слугами добираться до места. — Сообщи ей утром. Немедля и без объяснений.

Николаус поднял бровь.

— Милорд? Всё же, она гостья в Торнхаусе...

— Прежде всего — она незваная гостья. И я не желаю, чтобы она оставалась в замке дольше, чем я того желаю.

Николаус помолчал. Потом спросил осторожно:

— Это связано с леди Мэриэн?

Передёрнув плечами, я резко обернулся и сурово глянул на него.

— Это связано с лордом Блэйком. Её отцом. Ты помнишь тот день при дворе, когда он орал, что его дочь достойнее, чем род Эшфорд и их корабельная компания вместе взятые. Они — новая знать, а Блэйк — старая. Их кровь — чище и благороднее для наследия Севера.

Николаус скривился в горькой усмешке.

— Помню. Он требовал, чтобы король пересмотрел решение.

— Именно. И теперь его дочь здесь. С чего бы? Это прямое посягательство и непринятие решения короны. Они хотят завладеть частью северных земель, породнившись с родом Торн. Это очевидно даже младенцу.

— Думаете, она подослана?..

— Я ничего не думаю. — Я провёл рукой по лицу. — Но рисковать своим спокойствием не намерен. Пусть едет в гостиницу. Так безопаснее. Для всех.

Кто-то нещадно пытался стянуть с меня тёплые шкуры. Слышала ворчание. Тихое, что постепенно становилось всё громче. И ясно, что мёртвой лягушкой мне не притвориться на лишний час — два-три.