Книга Призраки благородного прошлого, страница 2 – Люсия Веденская

Задолго до полудня следующего экипаж стоял готовый, лошади переступали копытами, пар поднимался в холодном утреннем воздухе. Констанс вышла к крыльцу, плотно закутавшись в плащ, и подумала, что эта поездка может оказаться либо по-настоящему унылым изгнанием, либо чем-то гораздо более интересным.

Экипаж тронулся, колеса заскрипели по булыжной мостовой, и Лондон начал растворяться за окнами. Сначала тянулись бесконечные ряды домов с одинаковыми фасадами, лавки с кривыми вывесками, звон голосов уличных торговцев и запах свежей выпечки, который так и норовил пробиться сквозь щели всех домов.

Констанс устроилась на сиденье, продолжая кутаться в плащ, и мимоходом подумала, что это, вероятно, именно так и начинается большинство ссылок: ты вынужденно едешь прочь, а город даже не замечает твоего исчезновения.

Когда кварталы сменились парками, а парки — полями, она в который раз попыталась представить Фэйрхолл. Перед мысленным взором вставал мрачный, но гордый дом с каменными стенами, коваными воротами и, возможно, скрипящими ставнями, которые хлопают от ветра. Если верить семейным рассказам, в нем было больше каминов, чем здравого смысла, и ни один из них не работал.

На обочине проносились ряды безлистных деревьев, тянувшихся к серому небу, словно жалуясь на погоду. Иногда мелькали редкие путники, прячущиеся в шинели и шарфы. Каждый раз, когда взгляд цеплялся за их лица, Констанс ловила себя на странной мысли: а не лучше ли было бы сейчас остаться в шумном, привычном Лондоне, даже под отцовским присмотром?

Она усмехнулась своим мыслям. В конце концов, что самое страшное может случиться в пустующем старом особняке? Разве что ей придется разговаривать с мебелью. Хотя, если там правда обитали призраки, то это даже разнообразило бы досуг, который ей предстояло проводить с личной горничной, высланной несколько раньше другим экипажем.

Колеса мерно гремели по неровной дороге, и в какой-то момент Констанс поняла, что перестала смотреть в окно. Гораздо интереснее оказалось прислушиваться к негромкому разговору кучера с лакеем, устроившимся рядом. Голоса доносились приглушенно, но при желании — а у мисс Эшфорд было огромное желание — можно было расслышать почти каждое слово.

— Говорят, там никто не жил много лет, — сказал кучер, щелкнув вожжами. — После того как…

Он замялся.

— После того как хозяйка скончалась? — подсказал лакей. — Странная смерть, кстати. Слухи ходили, что…

— Не при молодой даме, — резко оборвал кучер, но Констанс уже подалась вперед.

— Что? — спросила она, просунув голову в небольшое окошко и совершенно не скрываясь. — Неужели у особняка есть история, о которой мне забыли рассказать?

Мужчины переглянулись, явно сожалея о том, что разговор состоялся при таких неудобных свидетелях.

— Ну… прабабушка ваша, мисс, — начал лакей осторожно, — умерла там… скажем так, при необычных обстоятельствах.

— Каких именно?

— Лестница, мисс. Поскользнулась, упала. Хотя, говорят, она была здорова, да и ступени сухие…

— И это все? — Констанс приподняла бровь.

— Потом был еще несчастный случай, — вставил кучер. — Мужчина, молодой джентльмен. Приезжал по делу, да так и не вернулся. Нашли в саду, — он кашлянул, — в пруду. Или тоже у лестницы… Не помню точно. И ваша м… И ваша смелость, мисс, меня поражает, — быстро исправился лакей, явно желая сказать что-то другое.