Книга Цена любви и мести, страница 93 – Анастасия Разумовская

Ширан повалился рядом, сгрёб обессилившую девушку. Поцеловал в губы нежно.

«Я его насиловала, — подумала Ирис, закрыв глаза и пытаясь осмыслить произошедшее. — Я сама насиловала его. Потому что это было именно насилие…». Внутри догорал пожар.

— Ирис, — тихо позвал мужчина. — Посмотри на меня.

Нехотя она послушалась. В его глазах чернело золото. На лице отцветала ярость страсти. Ширан провёл по щеке девушки тыльной стороной ладони.

— Я услышал тебя. Все твои слова. И хочу, чтобы ты знала: если бы можно было обратить время вспять и вернуться в ту ночь, я бы повторил всё то же, что сделал тогда. Ирис, девочка, мне не нужна твоя любовь. И твоё прощение. Всегда помни об этом.

Он резко встал и ушёл в душ. Ирис уткнулась в подушку, всё ещё дрожа от отката. Кому и зачем она пыталась высказаться? Чего она пыталась добиться? Чтобы Ширан попросил прощения? А оно ей нужно? Наверное, так же как её любовь — ему.

«Я должна быть умнее, — устало думала она. Но как сделать так, чтобы не срываться? Куда девать все эти эмоции?». А ведь Ирис решила же притворяться послушной девочкой, решила изображать любовь. Но вот, пожалуйста… Как это всё можно выдержать?

— Иди вымойся, — сухо велел Ширан, вернувшись.

— Я останусь в постели, — пробурчала она.

Ярость угасла, вместо неё пришли отчаяние и безнадёжность. Может быть, Ирис совершила роковую ошибку? Может быть, надо было бежать, когда Исольв ждал? Всё лучше, чем оставаться постельной игрушкой мучителя. Да ещё и игрушкой, у которой желания тела расходятся с желаниями души.

Ширан присел рядом, рывком перевернул её на спину.

— Нет, — сказал спокойно. — Ты сейчас встанешь, приведёшь себя в порядок, оденешься и пойдёшь к Дайну. А вечером я тебя жду.

— Не буду, — зло проговорила она.

Ей хотелось плакать. Стало стыдно. Ох, «мстительница»… Ещё несколько минут назад ей владела ярость, а сейчас от стыда хотелось умереть. Ирис понимала, что нарывается. Понимала, что сейчас разрушает то, за что так дорого заплатила вчера. «Покориться, чтобы победить…». Но мысль о том, что она только что сама забралась на Ширана, что её тело желало его, что… унижала бесконечно, разрушая силу воли и разумность любых целей.

— Хорошо, — неожиданно легко согласился Ширан. — Как пожелаешь. Тогда ты отправишься помогать на кухню. Можешь прямо так, в одной рубашке.

Ирис прищурилась. Молча встала, молча прошла в душ, вымылась. Вернулась. Увидела на кровати блузку и юбки для простолюдинки и красивое изумрудное платье дамы. Молча натянула блузку, надела юбки, подпоясалась, угрюмо взглянула на Ширана, наблюдающего за ней, сидя на стуле.

— Мне покажут, где кухня?

Герцог усмехнулся.

— Пошли.

Они спустились в полуподвальные помещения. В нос ударили пряные запахи, даже глаза заслезились. Внезапно прямо перед ними из клубов пара выскочил горбатый карлик. Ирис завизжала от неожиданности и отпрянула. Ширан молча взял её за руку.

— Ваша Светлость, — пропищал карлик и стянул с потной безобразно-огромной головы, покрытой редкими волосами, вязаный колпак.

— Мэт, я привёл тебе помощницу, — произнёс герцог сухо.

Карлик окинул Ирис быстрым взглядом. Насупился.

— Это обязательно, Ваша Светлость?

— Да. Дай ей что-нибудь попроще.

— Вряд ли можно чистить кастрюли руками с такой нежной кожей, — осклабился Мэт.