Книга Облик неизбежности, страница 123 – Виктория Павлова

Как обычно, я испугалась, что сделала что-то не то.

— Перестаралась? — я нервно оглядывала себя, вертя головой, надеясь обнаружить несоответствие ожиданиям.

— Нет, нет, что ты! Все хорошо, — выдавил отец. И добавил, улыбаясь: — Ты отлично выглядишь. Но, кажется, чего-то не хватает.

— Правда? — я заволновалась. — Чего?

— Украшений. Возможно, колье было бы кстати. У нас есть немного времени, мы могли бы заехать в ювелирный…

Я застыла, резко выдохнув.

— Нет, украшения не нужны. Я не хочу.

Папа наклонил голову, заглядывая мне в глаза. Когда Виктор увешивал меня побрякушками, я чувствовала себя безвольной куклой.

— Хорошо, — он смутился, несомненно, видя мое смятение. — Прости.

Мы немного постояли в коридоре.

— Пойдем? — решительно спросил он, подавая руку.

Я ухватилась за него, нуждаясь в его поддержке и любви, и получила сполна.

— Пойдем, — улыбнулась я.

Пока Грегори вез нас на вечер, я цеплялась за отца и его уверенность, что все чудесно. Она успокоила пульс, выровняла дыхание, убедила, что ситуация под контролем.

Благотворительный бал проходил в Музее Искусств, поэтому, поднимаясь по ступеням, я жадно разглядывала все вокруг в предвкушении знакомства с картинами и скульптурами.

— С кем пришел Шон? — услышала я удивленный голос Ника в холле и обернулась.

Они с Лорейн, оба нарядно одетые, как раз заходили в зал. Изумление на их лицах быстро сменилось довольными улыбками.

— Тереза, тебя не узнать, — восхитилась Лорейн. — Очень красивое платье.

— Платье тут ни при чем, — Ник хихикнул и легонько толкнул ее. Заиграла музыка, и папа многозначительно посмотрел на Ника, тот чуть нахмурился, но спустя секунду воодушевился: — Тереза, я веду тебя танцевать, не вздумай отказываться.

И потянул меня в сторону музыки, даже не дав шанса возразить. Интересно, отец и это заранее продумал? Неужели он пригласил Ника только для того, чтобы я не нервничала? Но Ник танцевал не очень хорошо, так что мы, большей частью, топтались на месте. Несмотря на это, у него было отличное настроение. Он буквально лучился от удовольствия.

— Где тот гадкий утенок, который пугал нас внезапным появлением? — со смехом спросил он.

— Перед тобой, — лукаво улыбнулась я. Мне льстило его отношение. Я и сама едва сдерживалась, готовая лопнуть от восторга. Его воодушевление словно переполняло меня легкими пузырьками воздуха, вызывая щекотку в животе и руках.

Ник усмехнулся.

— Жизнь с отцом явно идет тебе на пользу. Как у вас с ним дела? — спросил он с неподдельным интересом.

— Все хорошо. Мы отлично ладим.

— Заметно, — довольно кивнул он.

Не удержавшись, я рассмеялась, наполнившись искренним сопереживанием Ника. Может быть, он чувствовал ответственность из-за Келли? Считал, что тоже должен заботиться обо мне из-за уважения к матери?

Увлекшись, мы налетели на мужчину в строгом костюме у стола с закусками. Он обернулся и посмотрел на нас с прищуром. Его недовольство коснулось меня совсем легко, но я остро осознала, что нахожусь в месте, полным незнакомых людей. Я вспомнила прикосновения журналистов на пресс-конференции, панику в толпе аэропорта, пресловутый бал в Хольц-Линдене. Избегать контактов в торговом центре или магазине вполне естественно, но здесь, когда от тебя ожидают, что ты будешь танцевать, это может показаться странным.