Книга Хозяйка по ошибке: замок и восемь сорванцов, страница 50 – Ли Ан

— Клара! Что за скандал! Немедленно убери этих… тварей!

— Они не твари! Они дети!

— Дети с дьявольской меткой! — кричит кто-то из толпы.

— К костру их!

— Утопить в святой купели!

Боже, это кошмар. Они реально готовы линчевать детей.

Отто наклоняется ко мне:

— Бегите. Моя карета во дворе, у южных ворот. Черная, с тремя львами на дверце. Кучеру скажите — везти в приют, это приказ. Быстро!

— А вы?

— Задержу их. — В его глазах решимость. — Идите. Сейчас же!

Хватаю девочек. Тесса плачет, размазывая тушь по щекам. Марта дрожит всем телом. Роза вцепилась в сестру, как утопающий в соломинку.

Проталкиваемся сквозь толпу. Кто-то плюет нам вслед. Кто-то выкрикивает проклятия. Чья-то рука хватает меня за рукав — вырываюсь, слышу треск ткани.

Коридор. Поворот. Еще коридор. Сзади топот — погоня или просто эхо наших шагов?

Южные ворота. Карета стоит у фонаря — черная, с золотым гербом. Кучер спит на козлах, подбородок упал на грудь.

— В приют святой Элизабет! — кричу, запихивая девочек внутрь. — Приказ графа! Гони!

Кучер подскакивает, хлещет лошадей. Карета срывается с места так резко, что мы все падаем на сиденья.

За окном проносится ночь. Лес обступает дорогу черными стенами. Начинает моросить — капли барабанят по крыше, стекают по стеклам кривыми дорожками.

— Простите, — всхлипывает Марта. — Простите, я не хотела. Огонь был такой горячий, и люди кричали, и я подумала «остановись», и оно…

— Ты спасла людей, милая. — Обнимаю её, и она утыкается мне в плечо. — Если бы огонь дошел до занавесей, сгорел бы весь зал.

— Но теперь все думают, что мы ведьмы.

— Глупые суеверия испуганных людей.

Хотя сама знаю — дело дрянь. После такого нас не оставят в покое.

— Госпожа Клара, — Тесса поднимает заплаканное лицо. — Что теперь будет? Нас сожгут? Как в сказке про ведьму?

— Никто вас не тронет. — Глажу её по спутанным волосам. — Мы доберемся до дома. Страж защитит. Томас с Тео не дадут в обиду. И Отто… граф Оттомар что-нибудь придумает.

— Он правда граф? — Роза смотрит огромными глазами.

— Правда.

— И правда хочет на вас жениться?

Вспоминаю, как он смотрел во время танца. Как встал между нами и толпой. Как прошептал «Ваш?» с такой надеждой.

— Может быть, милая. Может быть.

Карета катит сквозь дождь. Девочки постепенно успокаиваются, засыпают, привалившись друг к другу. Марта посапывает мне в плечо. Роза обняла Тессу. Они такие юные, беззащитные. И с такой силой внутри, которую сами не понимают.

Как я защищу их? Как защищу наш дом?

Два часа до приюта. К рассвету будем дома. А там… там посмотрим.

Главное — мы вместе. Мы семья.

И это единственное, что по-настоящему важно.

Карета выкатывается из леса, когда первые лучи солнца только начинают золотить верхушки деревьев. Роса на траве блестит, как рассыпанные бриллианты — каждая капля ловит свет и превращает его в крошечную радугу. Воздух такой чистый и холодный, что обжигает легкие при каждом вдохе, оставляя во рту металлический привкус осеннего утра.

Замок святой Элизабет возникает из утреннего тумана постепенно, как корабль из молочного моря — сначала флюгер на башне, потом зубцы стен, и наконец весь силуэт, серый и массивный. Камни кажутся теплыми в рассветном свете, будто сам замок радуется нашему возвращению — или это просто игра света на влажных от росы стенах? И тут я слышу — вой. Долгий, протяжный, поднимающийся и опадающий, как морская волна. В нем нет угрозы, скорее… тоска? Или радость?