Книга Любовь, страница 119 – Дино Буццати

— Получается, она неплохо управлялась.

— Неплохо – не то слово! Однажды она сказала мне, что заработала больше трехсот тысяч лир за день, но кто знает, много ли в ее словах правды? У нее много таких, я бы сказала, завиральных идей… Например, она утверждала, что может из-за пустяка покончить с собой. Однажды она проехала на трамвае до Ламбрате и обратно – уж не знаю, что там за золотой клиент такой ждал, – и получила две тысячи пятьсот лир. Что ж, эти деньги я хотя бы видела, но… Ламбрате! Черт возьми! До сих пор с трудом верится. – Пьера засмеялась. – Ну и она сказала тогда – а что такого, деньги – они и есть деньги, они не пахнут и лишними не бывают. А еще как-то раз, на одной очень большой и шумной вечеринке, где была и я, один тип пообещал ей отдать ключи от своей машины, если она «изобразит конвейер».

— Боже, что это значит?

— Этот свинтус выстроил своих семерых дружков в шеренгу, и всех Лаида должна была обслужить по очереди. Она, конечно, напилась тогда. Хотите услышать всякие-разные подробности?

— Пьера, вы безжалостны. У вас нет сердца.

— Ну-ну, вы только не заплачьте. Подобные встряски бывают полезны для сердца.

— Что она говорила обо мне?

— О, сейчас черед самого интересного. Вас она называла «заправским занудой» и твердила, что вы не даете ей ни минуты перевести дух. Мол, ради вашего покоя вам нужно звонить по двадцать раз на дню. Трахаться с вами хуже смерти, так она как-то сказала. По ночам она категорически отказывалась подпускать вас к себе…

— Это правда.

— Ну да. Ночью она была вольна делать все, что ей заблагорассудится. Вам, Дориго, стоит гордиться собой. Вы знаете, что какое-то время у нее со своим парнем гостила Фоста?

— Да, она мне рассказала.

— А она сказала вам, что они все трое спали в одной кровати, с парнем – в середке? Как думаете, чем они занимались перед сном – обсуждали философию? Ох, да что это с вами, в самом деле! Вы неважно выглядите… бледный, как… Простите, это все из-за меня. Давайте, пойдемте отсюда. Выпьем виски у меня дома. Потом я вас уложу.

Пьера жила в новостройке, в квартире с террасой. Мебель у нее стояла неплохая, а огромный шкаф ломился от ярких нарядов. Но Антонио не проявил к этой новой для него обстановке любопытства. Еще бы – ему казалось, что весь мир сошел с орбиты и кружится в сумасбродном вихре.

— Да вы присядьте. Страшно на вас смотреть, ей-богу. Кажется, своими рассказами о Лаиде я вас немножко, ну, выбила из колеи. Да, я плохой человек. Вы же это сейчас мне хотели сказать?

— Нет, Пьера, вы не похожи на плохого человека.

— Ну, плохое отношение лучше никакого, верно? Я о вас многое поняла. Да будь я на месте Лаиды, я с вами и похуже ее обходилась бы.

— Но почему, почему?..

— Потому что, несмотря на весь ваш интеллект, вы самый глупый мужчина из всех, что мне попадались. Вы верили всем глупостям Лаиды – и точно так же верите мне сейчас. Слушаете, раскрыв рот!

— Разве вы не честны со мной, Пьера? Разве это все – неправда?

— Сложно сказать. Что-то из этого – правда, что-то – не совсем. Но вам требовался холодный душ – вот я его и устроила. – Она громко засмеялась.

— Довольно с меня этих ужасов. Для меня они – как…

— Ножом по сердцу? Да, я понимаю. Как думаете, почему я все это вам рассказала? Теперь, раз мы поговорили о Лаиде, почему бы нам не потолковать немного о вас?