Книга Развод неизбежен, страница 41 – Юлия Бузакина

— А вот у твоего муженька задница — отстой. Слишком плоская, и совсем не впечатляет. Торс накачал, а про зад забыл. То ли дело Макар… — сестра на миг прикрывает глаза, и ее губы расплываются в дурацкой блаженной улыбке.

Я фыркаю. Видимо, хорошо вчера примирились под бутылку виски, раз она до сих пор витает в фантазиях о своем Макаре.

— Мам, ты была права, мне не стоило на это смотреть. Как это развидеть? — стону я.

— Нет! Посмотреть стоило, Марго. Теперь ты знаешь все, — убеждает меня Ника.

Наша мама стоит у окна и рассматривает пейзаж моего сада.

— Пионы скоро зацветут, — сообщает она. — Марго, ты их удобряла в этом сезоне?

Мы с Никой переглядываемся. Кажется, мама пытается уйти от жуткой реальности?

Я пожимаю плечами.

— Нет, не удобряла. Зачем? Саша завтра нас выгонит.

Ника хмурится.

— Мама, не переводи тему. Почему ты сразу не сказала нам про измену Саши?

Она тяжело вздыхает.

— Я думала, что смогу его образумить. Что все уладится. Мужчины иногда гуляют. Изменяют женам. Мне казалось, Сашу ещё можно вернуть в лоно семьи… ведь то, что он делал с Преображенской — скорее всего, вынужденная мера. Ну не мог мужчина, вроде нашего Саши по доброй воле кувыркаться с этой курвой!

— Ты хотела, чтобы мы с ним продолжали жить вместе после этого?! — я широко распахиваю глаза и указываю ей на фотографии. Омерзительные фотографии, на которых голая Преображенская скачет верхом на моем муже.

— Теперь мне понятно, отчего она подписала выложенную в сеть фотографию с такой красочной подписью, — ухмыляется Ника. — Не первый раз, наверное, кувыркались.

Я несколько мгновений молчу.

— А знаете…. - выдыхаю внезапно. — Я хочу, чтобы эти фотографии увидела Ирина. Пусть знает, с кем она имеет дело.

— Мысль прекрасная! — оживляется Ника. — Только боюсь, тебя к ее дому на пушечный выстрел теперь не пустят. Никто не станет с тобой разговаривать после того, что мы устроили в ее любовном гнездышке прошлым вечером.

— Как же с ней встретиться?

Мама наконец окончательно приходит в себя.

— Маргарита, выбрось эти глупости из головы. — строго произносит она. — Теперь, когда нам всем ясно, что Сашу уже не вернуть в семью, в этом доме нам нечего ловить. К чему тебе лишние унижения? Мало того, что произошло полчаса назад? Когда придут коллекторы, мало нам не покажется. Пусть Саша сам с ними разбирается. А ты собирай потихоньку вещи, к ночи вывезем их. Пока поживешь у меня.

Я удивленно смотрю на маму. Проблески разума ещё остались в ее голове? Неужели?

Размышляю о том, что у мамы немного тесновато для привыкшей к просторным хоромам писательницы, но, к сожалению, другого выхода пока нет. У меня сохранились кое какие сбережения, но их не так много, чтобы разбрасываться на съем жилья. Да и оставаться в доме после того, как я увидела безобразные фотографии измены моего мужа наяву, мне не хочется.

— Ладно, я постараюсь собрать все самое ценное, — произношу потерянно. — Послезавтра я улетаю в Москву, а до тех пор займусь переездом.

Ника участливо касается моего плеча.

— Не волнуйся, сестричка. Мы тебя не бросим. Все наладится, вот увидишь.

— Спасибо, Ник. Что бы я без вас делала? — Я накрываю ее руку своей рукой.

Остаток дня уходит на то, чтобы упаковать мои вещи. Их оказывается намного больше, чем я предполагала изначально. Я укладываю в коробки мелочи — любимую вазу, статуэтки, книги. Решаю забрать кое-что из мебели — уютное кресло и мягкий торшер, стеллаж, которые можно будет установить в маленькой спальне у мамы на квартире.