Книга Развод неизбежен, страница 42 – Юлия Бузакина

К вечеру почти все вещи собраны.

Макар вызывается в несколько рейдов перевезти вещи на служебной машине. Его коллеги из опергруппы готовы помочь с погрузкой.

В общем, все складывается. На прощание я задерживаюсь на миг у клумбы с пышными пионами и с любовью касаюсь их пальцами.

— Прощайте, мои хорошие. Представляю, как вы будете благоухать, когда расцветете, — произношу с печалью.

Позади меня притормаживает сестра. Она снова в своих любимых джинсах, майке и кедах.

— С ума сойти, ты прожила с мужчиной двадцать лет, а все, о чем ты печалишься — это безмолвные пионы? — она выгибает бровь.

Я пожимаю плечами.

— Ещё есть мои сыновья. Но они теперь далеко отсюда.

— С ними ты скоро встретишься.

— Это точно.

Я вздыхаю. Когда прилечу в Москву, мне предстоит долгий разговор с сыновьями. Но, прежде чем это случится, надо многое успеть. Да и записаться в салон красоты не помешает. Жгучее желание сменить имидж, сбросить с себя оковы, зудит внутри, не давая покоя.

Переезд занимает остаток вечера. Я щедро благодарю коллег Макара, угощаю их остатками моего фирменного наполеона. А потом, кое-как разместившись в маленькой спаленке маминой квартиры, я набираю номер салона красоты.

Мне везет — место в салоне свободно как раз во второй половине дня перед моим отъездом.

— Марго, ты как? — в дверях маленькой спальни притормаживает мама. — Сделать тебе чай с ромашкой?

Я сижу на маленькой кровати и рассеянно потираю лоб. Коробки с моими вещами, кресло и стеллаж заняли почти все свободное место. Не развернуться. Но у меня уже нет сил все это разбирать.

— От чая не откажусь, — чеканю механически.

— Тогда идем на кухню. После ухода ребят осталось немного торта. Заодно доедим его.

Я хочу сказать маме, что это вредно — есть сладкое на ночь. А ещё — что меня отныне всегда будет тошнить от моего фирменного наполеона. Но почему-то вместо того, чтобы сопротивляться, я поднимаюсь и послушно иду за ней следом в небольшую, но всё ещё уютную кухню, на которой прошло мое детство и юность.

Мы с мамой сидим за столом молча. Молча поглощаем чай с ромашкой и добиваем остатки торта.

И вдруг сквозь повисшую тишину пробивается звонок от сестры Ники.

— Марго! — возбужденно тараторит она. — У меня получилось! Я передала фотографии Сашиной Ирочке!

— Как тебе удалось? — изумляюсь я.

— Очень просто. Я попросила Макара поехать к ее дому, и он подбросил нас с дочками. Уж не знаю, где бродит твой муженек, но его в уютном гнездышке не было. А вот Ирина оказалась на месте. Она как раз загоняла машину. Я отдала ей самые гадкие фотографии и сказала, что ей следует их просмотреть, чтобы быть в курсе того, кем на самом деле является отец ее сына.

— А она что? — недоумеваю я.

— Она, конечно, охренела. Реакция ее была бесценна! Уверена, крепкому союзу Саши и этой милашки пришел конец. Держи руку на пульсе, твой суженый остался у разбитого корыта!

Ника ликует, а я лишь грустно усмехаюсь. Какая ирония судьбы — сообщать любовнице мужа о ещё одной любовнице. Честно говоря, я не испытываю особой радости по поводу того, что Ирина теперь в курсе Сашиных похождений с Преображенской. С другой стороны — почему бы не оповестить ее о таких пикантных подробностях? Если дом оформлен на нее, то она быстро даст ему от ворот поворот. В отличие от меня, эта ушлая девица смогла обезопасить себя и ребёнка на случай размолвки. А вот я оказалась той ещё клушей. Мне не светит наш с Сашей дом.