Книга Внезапно Папа, страница 83 – Татьяна Любимая

— Какой ты молодец, зайчик, не испугался тетю врача, – хвалю Матвейку, когда мы остаемся с ним одни в комнате. – Теперь спи. "В чем сила, брат? – басю шутливо. – Во сне сила. И у того ее больше, кто спит дольше" – помнишь слова Добрыни Никитича?

— Нет, – тихо.

— Нет? Обязательно посмотрим с тобой мультики про Алешу Поповича, Илью Муромца и Добрыню Никитича, они интересные.

— А ты больше не уйдешь?

— Нет, мой хороший, – улыбаюсь ласково мальчику, – не уйду. Папа твой попросил остаться.

Довольно улыбнувшись, Матвей закрывает глазки и быстро засыпает, пока я глажу его по ручкам. Проступившие на коже пятнышки стали чуть ярче – ветрянка атакует. Теперь и гулять нельзя будет.

Убедившись, что Матвейка спит, иду в комнату, что была отведена для Олеси и растеряно смотрю в пустой шкаф. Ее вещей нет, а в чем мне сегодня спать?

— Ты чего застыла? – в дверях, сложив руки на груди, стоит Шведов.

— Переодеться хотела, а Олеся вещи забрала.

— Забрала. Ща футболку дам.

Скрывается в своей комнате, и через минуту приносит мне аккуратно сложенную светлую футболку.

— Держи, – а сам не отпускает, когда я тяну ее к себе. – Это, – Михаил машет в сторону входной двери, – ничего не значит.

— Вы не обязаны что-то мне объяснять. К тому же вы гей, – пытаюсь держать серьезное лицо.

— А… ну да, – хмыкает, вспомнив.

Отпускает футболку.

Пискнув "спасибо", скрываюсь в ванной комнате. Стою какое-то время в нерешительности. Может, зря я согласилась остаться? Приехала бы утром, посидела с Матвеем до вечера. Блин, некрасиво теперь заднюю давать.

Наскоро принимаю душ, смывая с себя запахи клуба и косметику. Трепещу при мысли что Михаил может войти. Замок, на который я закрылась, не преграда такому силачу. Но к счастью, такие мысли Медведя, очевидно, не посещают.

Да и что я себе напридумывала вместе со своими дурацкими бабочками? Не может у нас с Медведем что–то быть. Я не его формат, он не в моем вкусе.

Ладно, призна юсь, в моем, но это ничего не меняет. Мы разные, и он кобель, а я хочу от мужчины всерьез и надолго.

И только я принимаю решение, что у нас с Михаилом сугубо деловые отношения, как где-то глубоко все равно зудит червячок сомнения. Пусть не всерьез и ненадолго, просто попробовать бы…

Нет, хватит фантазировать. Это все градусы. Больше ни–ни.

Да и Шведов тот еще ходок. Сколько у него таких Алиночек по всему городу? Казанова блин. Такой человек, как он, совсем не для меня. Так что, бабочки, заткнитесь и укладывайтесь в спячку до лучших времен.

Надеваю мужскую футболку на чуть влажное тело. Она пахнет Мишей, и я опять кайфую, прижав ткань к носу – вкусно. Длина у нее приличная, почти до колен, не то, что у Леськиных халатиков, только горловина широкая, на бок съезжает, оголяя плечо. Приходится поправлять постоянно. Осмотрев себя еще раз в зеркале, хватаю свое платье и, прижав его к груди, на цыпочках крадусь в детскую комнату. Свет везде приглушен, чему я бесконечно рада. Не хочется сверкать голыми коленками перед мужчиной. И вздрагиваю от голоса Михаила, едва берусь за ручку двери.

— Настя? Ты куда?

Замечаю его массивный силуэт у окна гостиной.

— Туда, – показываю пальцем направление. – С Матвеем лягу. Мне так спокойнее и за состоянием мальчика смогу следить.

— А, ну иди.

Юркаю в спальню и выдыхаю. Я думала, Миша будет против, а он нормально отреагировал.