Книга Девочка с фермы и мажор, страница 199 – Елена Твардовская

— Что-то не так, — ответила она, глядя на жеребца. — Сёма был прав. Молния чувствует себя неважно. Я вызвала ветеринара, он приедет после ярмарки.

--

Под вечер, когда солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в розовые и золотые тона, Ева и Глеб стояли у беседки, разговаривая с инвесторами. Владимир Петрович и Елена Андреевна были настроены дружелюбно, задавали вопросы, интересовались планами.

— У вас здесь замечательная атмосфера, — сказала Елена Андреевна. — Семейная. Детям нравится, взрослым — тоже.

— Мы хотим развивать клуб, — Ева говорила уверенно, хотя внутри всё трепетало. — Проводить занятия для детей, организовать конные походы, может быть, даже открыть небольшую гостиницу для туристов. И мы с дедушкой были бы рады, если бы вложились в наш проект.

— Звучит интересно, — кивнул Владимир Петрович. — Мы подумаем над вашим предложением.

— Это прекрасное вложение, — добавила Ева, чувствуя, что земля уходит из-под ног, но она держится. — Конный спорт становится всё популярнее, и у нас есть все шансы...

Она не договорила.

Потому что в этот момент появились они.

Те самые местные «постояльцы» из амбара — двое здоровенных мужиков с красными лицами, в помятых рубахах и с руками, вечно сжатыми в кулаки. Они вразвалочку вошли на территорию клуба, громко переговариваясь и никого не стесняясь.

— О, смотри-ка, праздник! — прогудел тот, что покрупнее, по кличке Косой. — А нас не позвали?

— Не позвали, Косой, — подхватил второй. — Ну ничего, мы не гордые, сами пришли.

Гости, стоявшие рядом, испуганно расступились. Кто-то из детей заплакал. Инвесторы нахмурились.

Глеб шагнул вперёд, заслоняя собой Еву.

— Какие люди, — сказал он, и в его голосе появилась та самая наглая усмешка, которая, казалось, могла заморозить кипяток. — И кто же вас выпустил из вашей конуры?

— Ты, москвич, иди отсюда, пока цел, — Косой шагнул к нему. — Мы с дедом потолковать пришли. По-соседски.

— Дед занят, — Глеб не двинулся с места. — А я вас слушаю. Только быстро. У нас, видите ли, мероприятие для приличных людей.

Петрович шагнул вперёд, и его рука потянулась к столу с закусками.

— А мы и есть приличные. Соседям помочь хотим. А то слышали, землю продают...

— Земля не продаётся, — отрезал Глеб. — А если вы сейчас же не уберётесь, я вызову полицию.

— Ой, напугал, — Косой засмеялся, и его смех был пьяным, хриплым.

Глеб посмотрел на детей. На их испуганные лица. На Еву, которая стояла за его спиной, готовая вмешаться. И решил — драка сейчас будет лишней. Он не хотел портить атмосферу праздника. Не хотел, чтобы дети видели это.

— Вам повезло, что здесь дети, — сказал он, и его голос стал тише, но опаснее. — И я не могу повторить то, что было в баре. Но вы бы знали, как руки чешутся.

— Москвич, а белую маечку заляпать не боишься? И очочки то сними, в глазёнки твои наглые посмотреть хочу. — усмехнулся Косой.

— Да без проблем, — Глеб снял очки. — Только скажи, в какой именно глаз тебе смотреть? — съязвил Глеб, намекая на его косоглазие.

Пару людей, стоявших близко, прыснули со смеху.

Косой оскалился и шагнул вперёд, но не успел сделать и шага.

Потому что из-за угла, не спеша, вышел старый мерин Граф. Он был стар, мудр и обладал чувством юмора, которое проявлялось в самые неожиданные моменты. Он подошёл к Косому сзади, схватил его за поясницу зубами и... дёрнул.