Книга Разводись красиво, страница 1 – Марго Ромашка

В то утро всё было как обычно. Показывала квартиру молодой паре — они спорили, поместится ли в спальню шкаф его бабушки, а я улыбалась и считала минуты до обеда. Телефон в кармане жакета нагрелся от уведомлений: школа, секции, родительский чат. Обычный вторник. Мой день начинался ровно и катился по рельсам, пока Алина из отдела ипотеки не подъехала ко мне на своём крутящемся стуле.

— Слушай, — сказала она тихо, и в этой тишине было что-то нехорошее, липкое. — А это не твой муж?

Она протянула свой телефон, розовый, в блестящем чехле. На экране фото. Я успела заметить знакомый пиджак. Тот самый, который он надевал на корпоратив в прошлую субботу, сказав, что задержится допоздна. Успела заметить его руку на чужой талии — так, как он держал меня лет десять назад, когда мы ещё не были «мама» и «папа», а просто Оля и Витя. И губы. Его губы на чужих губах. Двери отеля. Вспышка чужой камеры, которая сейчас жгла мне глаза.

— Оль, ты чего? — Алина попыталась убрать телефон, но поздно. Я уже всё увидела.

Я вернула ей мобильник деревянными пальцами. В груди сначала стало очень горячо, словно глотнула кипятка, а потом — пусто. Звенящая, хрустальная пустота, в которой помещалось только одно слово: «Значит, не показалось». Ведь я знала. Конечно, знала. По его задержкам, по новому одеколону, по тому, как он отворачивался к стене, делая вид, что спит, пока я пересчитывала в уме кредиты и кружки младшего. Просто одно дело — догадываться, кутаясь в душные подозрения бессонными ночами. И совсем другое — увидеть. Чётко. Ярко. У дверей отеля. Подозрение в том, что мой собственный муж мне изменял начались с момента, когда я впервые заметила на воротнике его рубашки след губной помады — и даже если Витя клялся, что она моя, случались моменты, только подтверждающие мою правоту.

— Мне нужно подышать воздухом, — сказала я, кажется, вслух. Коллеги притихли. Чей-то стул скрипнул.

Я шла по улице, не разбирая дороги. В горле саднило, но слёз не было. Была только злость — острая, неожиданная, отрезвляющая. И ещё голод. Дикий, почти животный, словно организм решил напомнить, что я живая и мне нужно есть, несмотря ни на что. В офисную столовку возвращаться не хотелось — там Алина, там сочувствующие взгляды, перешёптывания. Я свернула в незнакомый переулок, где пахло кофе и выпечкой. Ноги сами принесли меня к маленькой кофейне с зелёной дверью. Заказала большой капучино, самый горячий, какой смогут сделать. Прижать бы к груди, согреться, но на улице май, и солнце жарит вовсю, а внутри у меня всё равно колотит озноб.

Я толкнула дверь кофейни плечом, одной рукой придерживая сумочку, другой стакан. Выходила на улицу, опустив голову, всё ещё видя перед собой эту проклятую фотографию. И тут…

Удар. Толчок. Горячее побежало по пальцам.

Я подняла глаза, уже зная, что случилось непоправимое. Передо мной стоял мужчина, только что вышедший из чёрного автомобиля, припаркованного прямо у тротуара. Высокий. Очень. В дорогом, идеально сидящем костюме, который теперь украшало огромное кофейное пятно. Белая рубашка под пиджаком моментально впитала в себя весь мой капучино. Короткие чёрные волосы, лёгкая небритость на волевом подбородке и тёмные глубокие глаза, в которых сейчас плескалось раздражение пополам с изумлением.