Книга Вернуть семью любой ценой, страница 72 – Чарли Ви

— Антонина Петровна, — обратилась я к нотариусу. — Спасибо. И… простите, что втянули вас в это.

Она грустно улыбнулась. — Меня втянул в это ваш дядя много лет назад, милая. И я уже сама хочу, наконец, вздохнуть свободно.

Арсений жестом пригласил её следовать за ним. Она кивнула нам и ушла, постукивая каблуками по паркету.

Я осталась в холле с Максимом, сжимая в руках конверт. — Ты готова? — спросил он просто.

Я глубоко вздохнула, глядя ему в глаза. Готова ли я к скандалу, к судам, к тому, чтобы вытащить на свет все грязные семейные тайны? Нет. Но готова ли я сдаться и позволить убийце отца и моему мучителю остаться безнаказанным? Тоже нет. К этому никогда невозможно подготовиться. Поэтому я ответила:

— Да, — сказала я. — Я готова. Пора заканчивать это дело.

— Тогда собирайся, — кивнул Максим.

— А Маша?

— Маша останется под присмотром Арсения.

— Но... — возразила я. Сердце надрывно заколотилось. — Я могу быть спокойна, только когда моя дочь рядом.

— Поверь, Арсу можно доверять. И Маше будет лучше не мотаться с нами, а спокойно досматривать свои сны в кроватке, а потом так же спокойно позавтракать.

И хоть мне сложно было согласиться. На секунду закрыла глаза, чтобы не расплакаться от мыслей и страхов, которые всегда были со мной. Я так боялась её потерять. Открыла глаза, сделала глубокий вдох и всё же кивнула.

Кабинет следователя, капитана Миронова, был крошечным и уставленным стопками дел до самого потолка. Мы сидели на жёстких стульях — я, Максим и Сергей Петрович, наш адвокат. Мои руки были ледяными, и я никак не могла их согреть.

Капитан Миронов, невысокий, плотный мужчина с лысеющей головой и проницательными серыми глазами, внимательно выслушал меня. Просмотрел документы, доказательства вины дяди. Сергей Петрович очень подробно продемонстрировал перед ним фотокопии страниц дневника и заявление нотариуса. Он знал Максима — это было видно по их взглядам. Но его лицо оставалось профессионально-непроницаемым.

Когда документы были изучены, он откинулся на спинку кресла, сложив руки на животе. — Дело серьёзное. Очень. Но доказательств, особенно по части о покушении на убийство, пока маловато. Дневник — это косвенная улика. Показания нотариуса о подлоге — вещь весомая. Но ваш дядя, судя по всему, человек с деньгами и связями. Он будет отнекиваться, давить на свидетелей, тянуть время.

— Поэтому мы и пришли к вам, Игорь Васильевич, — ответил Максим. — Потому что знаем: если дать ему время, он или сбежит, или уничтожит оставшиеся улики, или так запутает следы, что ничего не докажешь. А она, — он кивнул в мою сторону, — уже пятнадцать лет живёт в аду.

Я видела, как его челюсть напряглась. — Задержание для допроса, как лица, подозреваемого в мошенничестве в особо крупном размере и подделке документов, на основании этих показаний, мы провести можем. И обязаны, — наконец сказал он, делая пометку. — Это даст нам законные основания для обыска в его доме и офисе. Может, найдём что-то ещё. И не даст ему скрыться. Но это только начало. Дальше — посмотрим. Как минимум на 72 часа могу задержать. Если что-то найдём ещё, то...

Он недоговорил, но итак всё было понятно. Миронов поднял трубку и отдал несколько коротких распоряжений. «Опергруппа на выезд. Задержание для допроса».