Книга Право имею, страница 66 – Айлин Лин

Мастерская размещалась в дворовом флигеле неподалёку от Владимирской площади. С улицы её не было видно: к ней вёл узкий проезд под аркой. Вывеска над скромной дверью гласила: «Мебельная мастерская М. Д. Красильникова». Во дворе пахло свежими опилками и конским навозом, а у сарая двое работников о чём-то рьяно спорили, чуть ли не хватая друг друга за бороды. Завидев нас, смолкли и бочком-бочком ретировались.

Макар толкнул дверь и перешагнул через порог, мы с Дуняшей вошли следом. Внутри было тепло. Воздух стоял сухой и древесный, с примесью лака и нагретого железа. Где-то за перегородкой мерно шоркала пила. На козлах лежала столешница из ореха, рядом сушились ножки с тонкой резьбой. У стены стояли два недоделанных кресла.

Из боковой двери к нам вышел… Я ожидала, что это будет седой мастер лет шестидесяти, ан нет, Красильников оказался молод, лет тридцати и приятен внешне: высокий, сухощавый, в рабочем переднике поверх тёмной рубахи, с закатанными рукавами, грубых штанах и стоптанных сапогах. Волосы пшеничные, коротко остриженные, борода аккуратная, глаза светло-голубые и цепкие. Он не спеша вытер руки о тряпку, при этом успев оценить нас троих, после чего, выделив меня взглядом, вежливо поклонился:

— Мирон Данилович Красильников.

— Графиня Александра Николаевна Оболенская.

— Иван предупредил, что вы приедете. Прошу.

Он провёл нас в небольшую комнату при мастерской. Там стоял стол, две лавки и широкий шкаф с образцами дерева. Я подошла поближе, чтобы всё рассмотреть. На полке лежали дощечки с подписями: орех, дуб, ясень, берёза карельская и красное дерево. Некоторые были покрыты лаком, другие просто выстроганы, и приятно матово светились.

Мирон заметил мой взгляд и тактично молчал, пока я всё внимательно не рассмотрела. Удовлетворив своё любопытство, я всё же прошла к столу и положила на него свою папку.

— Мне нужна мебель, часть для жилых комнат, часть для приёмной, и отдельно для моего кабинета. Вещи должны выглядеть достойно, но главное не в украшениях.

— А в чём же? — приподнял светлые брови мужчина.

— В удобстве.

— Обычно дамы начинают с того, чтобы красиво, — ещё внимательнее посмотрел на меня мастер.

— Красиво тоже нужно, — улыбнулась я, вынимая первый эскиз, и, протянув его Мирону, продолжила: — Начнём с кабинета. Письменный стол. Не громоздкая глыба. Вот, поглядите, здесь — большая поверхность, чтобы разложить сразу несколько листов. Слева неглубокие ящики для писем и мелких бумаг. Справа — тумба, под столешницей выдвижная доска.

— Для письма?

— Для дополнительных бумаг. И чтобы можно было их скрыть от любопытных глаз.

Красильников наклонился над чертежом, повёл указательным пальцем по линиям, нахмурился.

— Доска пойдёт на боковых направляющих?

— Да. И с упором, чтобы не выпадала на колени.

— Сделаем.

Я вынула ещё два листа.

— Книжный шкаф. Нижняя часть закрытая, для всего того, что не обязательно держать на виду. Верхняя — за стеклянными дверцами.

Мастер наклонился над рисунком.

— Стекло в переплётах?

— Да. Узкие рамки. Вот здесь три отделения. Среднее шире, боковые уже. Полки переставные. Высоту книг заранее не угадаешь. Сегодня там стоят справочники, завтра альбомы с чертежами.

— Разумно… — поднял на меня глаза Мирон. — Для такого шкафа я бы взял дуб. В кабинете он будет смотреться надёжно, а стекло облегчит фасад. Если хотите теплее, то можно орех, но выйдет дороже.