Книга Право имею, страница 71 – Айлин Лин

Моя идея, если я смогу её воплотить, перекроит этот мир. И я хотела рискнуть…

Автомобиль.

Перед внутренним взором встала картина первых машин.

Бенц буквально в прошлом году вывел четырёхколёсную Victoria с двухшарнирным рулевым управлением, тем самым закрыв один из главных вопросов для лёгкой четырёхколёсной машины. В этом году он начнёт выпуск Velo, своей первой серийной модели. За восемь лет они сделают около тысячи двухсот штук. К девяносто шестому году Бенц перестанет быть один в этом поле, к гонке присоединятся французы, англичане и американцы. И первый русский автомобиль тоже появится в девяносто шестом, на Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде, и сделают его именно здесь, в Петербурге. Два предпринимателя, один — отставной флотский лейтенант с собственным машиностроительным заводом на Большой Спасской, другой — горный инженер и каретный фабрикант. Этим минувшим летом, на Колумбовой выставке в Чикаго, они уже встретились и, по всей видимости, заговорили о том общем деле, которое сложится у них через три года.

Если я начну сейчас, в эти три года я уложусь без надрыва. Я смогу дать им верное направление, деньги (если потребуется, продам недвижимость в Москве и даже готова заложить свой доходный дом), юридическую защиту и выгодный контракт, и как итог мы выйдем на рынок не позже Бенца.

Я мысленно провела вертикальную черту через воображаемую страницу и над левым столбцом вывела: «Двигатель». Над правым: «Кузов и шасси».

Евгений Александрович Яковлев, хозяин первого русского завода газовых и керосиновых двигателей.

Если мы — я с моими планами, с деньгами, с защитой и поддержкой дяди Михаила и Громова, — придём к Яковлеву как заказчик, по-настоящему понимающий заказчик, с гарантией оплаты, он нас выслушает. Яковлев, как и я, видит намного дальше своих современников, поэтому он поймёт меня, как никто и отнесётся к моему предложению со всем вниманием и серьёзностью.

А если не выгорит с Яковлевым, я пойду к Костовичу. Огнеслав Степанович, серб, инженер, человек, у которого в восьмидесятых годах в Петербурге уже стоял восьмицилиндровый бензиновый двигатель с водяным охлаждением и электрическим зажиганием. На пять лет раньше, чем у Бенца сложилось то же самое. Дирижабль «Россия», в который Костович вложил душу и всё состояние, в воздух так и не поднялся, и сейчас изобретатель доделывает заказные стационарные моторы, ругаясь с кредиторами. Если Яковлев откажет, сговоримся с Костовичем. Думаю, он согласится на моё предложение, ведь оно окажется для него лучшим лекарством от десятилетнего одиночества за чертежами, которые никто не понимает.

Дальше больше… Пётр Александрович Фрезе, собственник каретной фабрики, лучшие выезды Петербурга последних пятнадцати лет принадлежали ему. Горный инженер по образованию в девяносто шестом именно он поставит в экипажную часть яковлевский двигатель и тем самым сделает машину машиной…

Открыла глаза, выдохнула. План составлен, и я начну работать над ним сразу, как закончатся праздники.

Завтра бал, который я планировала посетить лично. Благо страха опростоволоситься не было — Ольга каждый раз после своих визитов детально отчитывалась, что и кому она говорила.

Погасив лампу, прошла к двери. Взявшись за ручку, вдруг вспомнила, что когда-то, проходя мимо одного автосалона, лениво подумала: «Как бы мне хотелось посмотреть на то, как создавались первые автомобили».