Книга Развод с драконом. Хозяйка заброшенной оранжереи, страница 39 – Алена Снежина

Райден медленно, не отрывая взгляда, наклонился. И когда его губы снова прикоснулись к моим, уже не было грубой силы, с которой он это делал в кабинете. Теперь в его поцелуе была уверенная, подавляющая власть. Власть, перед которой моё тело предательски дрожало и… отвечало.

Мои губы сами разомкнулись, руки обвили его шею. Я целовала его в ответ, глубже, отчаяннее, чем в прошлый раз. Это было как падение в пропасть, и я даже не пыталась зацепиться за край.

Его руки скользнули по моей спине, и я почувствовала, как ослабевают застёжки платья. Какая-то часть меня удивлённо отметила, с какой удивительной ловкостью он справляется со шнуровкой — одной рукой не глядя.

Потом он отступил на полшага. Лиф платья съехал, утягивая за собой весь корсет и тяжёлые юбки. Они упали к моим ногам пышным, шелестящим облаком, оставив меня в тонкой льняной сорочке и панталонах.

Я стояла, ощущая прохладу воздуха на коже, и сгорала от стыда и возбуждения одновременно. Его взгляд медленно скользнул по мне, задержавшись на груди, едва прикрытой тонкой тканью. На проступавших сквозь ткань затвердевших сосках. Я видела, как темнеют его глаза, превращаясь в черноту.

В следующее мгновение его руки снова были на мне. Он ловко толкнул оставшиеся складки платья вниз с бёдер, и вот я уже стояла перед ним почти обнажённая. Моя кожа пылала под его взглядом. Он не отпускал мой взгляд, я была пленницей его глаз, не в силах пошевелиться или что-то сказать. Он будто обладал способность подчинять волю одним лишь своим присутствием, вызывать неконтролируемое влечение.

Мозгом я понимала, что это ужасно, что мне это не нужно. Но моё тело, мои инстинкты будто находились под действием мощного феромона, гипноза или древней магии. Оно податливо трепетало, отвечая на каждый его жест.

Он шагнул вперёд и обнял меня. Его руки были твёрдыми и горячими на моей голой спине. Он легко подхватил меня на руки и понёс к огромной кровати. Мир закружился. Опустил меня на прохладный шёлк, и его тело нависло над моим, отрезая от свободы и попытки сбежать.

Я видела, как его пальцы с гипнотической ловкостью расстёгивают мундир. Он снял мундир, потом резким движением сорвал через голову рубашку, и я впервые увидела его торс — покрытый шрамами, с мощными рельефными мышцами, загорелой кожей. Он был прекрасен в своём диком, первобытном совершенстве. И страшен.

Прекраснейшее чудовище, — промелькнула в голове странная фраза.

Он опустился на меня, прижав своим весом к матрасу, и снова поцеловал в губы. Его поцелуй был жадным, горячим. Его рука скользнула под мою сорочку, задрала её, и я почувствовала твёрдое, горячее давление его эрекции в самом низу живота. Я невольно выдохнула стон прямо ему в рот, и этот звук, казалось, ещё больше зажёг его.

Он оторвался на мгновение, чтобы расстегнуть штаны. В темноте комнаты я скорее почувствовала, чем увидела, насколько он… велик. Ощущение было пугающим и восхитительным одновременно. Он был обжигающе горячим.

И когда он вошёл в меня, медленно, преодолевая сопротивление, я снова застонала — на этот раз от невыразимого, острого удовольствия, смешанного с болью. В голове, где ещё тлели остатки моей прежней личности, на задворках сознания пронеслась последняя ясная мысль: Кто бы мог подумать, что я так быстро, так позорно легко потеряю всё своё достоинство, всю свою волю… ради этого? Ради этого дикого, запретного, всепоглощающего удовольствия?