Книга Сердце истинного вампира, страница 123 – Северина Мар

— А, панде Катаржина, вы пришли в себя! Надеюсь, хорошо себя чувствуете? – воскликнул Феликс Дрозд.

Поднимаясь, он задел столик коленом, и тот чуть не опрокинулся. Дрозд махнул рукой, и поползшие было к краю вазы с фруктами и заполненная кровью чаша застыли, затем столик мягко качнулся и опустился обратно на ножки.

Поморщившись, Дрозд вытянул из запястья катетер и бросил его на медный поднос, стоявший рядом с чашей.

— Как прошел перенос? – поинтересовался он, подходя к Катаржине и осматривая ее с любопытством и вниманием врача, встретившего постоянного пациента.

— Так вы колдун? – спросила Катаржина. Она словно впервые видела его огненно-рыжие волосы и травянисто зеленые глаза. Отчего-то сразу вспомнилась Тамара, которая тоже была рыжей.

— Вас не тошнит? Голова не кружится? Все пальцы на месте? Уши, нос – вроде все цело, – пробормотал он, игнорируя ее вопрос, и тут же перевел взгляд ей за спину. – А, полковник Домак! Так это вы! А я-то думал, что там прицепилось к панде Катаржине! Я же хотел перенести только ее. Повезло, что на вас попала ее кровь. Какая удача, что по пути вас не разорвало. Какой вы все-таки везучий. Дайте посмотреть на вас. У вас точно все на месте?

Он подскочил к Домаку и принялся осматривать, хватая его за руки. Тот глубоко вздохнул, словно сдерживал рвущийся наружу рык. Его верхняя губа слегка приподнялась, обнажая клыки.

Катаржина ничего не понимала. Пройдя вперед, она опустилась в глубокое кресло.

— Что ты здесь делаешь? Как ты сюда попал и откуда знаешь генерала Дрозда? – спросила она.

Яков посмотрел на нее долгим, немигающим взглядом. Затем сел, потянулся к чаше, заполненной кровью и, прижав ее к губам, начал пить большими глотками.

Дрозд настоял на том, что должен обработать и перевязать раны Домака. Особого смысла в этом не было, потому они и так уже затягивались. Катаржине даже показалось, что генералом двигала не столько забота и желание помочь, сколько тревога за кремовые спинки дивана, которые могли перепачкаться кровью.

Пока Дрозд возился с Домаком, Катаржина вышла в сад.

Небо далеко на востоке серело, наливаясь багрянцем встающего солнца. Судя по силуэтам гор и блестящей полосе моря, простиравшейся внизу, у подножия холма, на котором стоял дом, они были где-то в окрестностях Морнаво. Ей не верилось, что так легко и внезапно она вновь вернулась туда, откуда начался ее путь.

Катаржина совсем потерялась во времени и не знала, какой сейчас месяц, но по всему выходило, что зима отступала, давая дорогу весне. Было прохладно, но далеко не так холодно, как на севере. Под ногами мягко стелилась пожухлая прошлогодняя трава, ветер шелестел ветвями деревьев с набухающими почками.

Катаржина прошлась по вымощенной каменной плиткой дорожке вдоль зеленых самшитовых кустов к неработающему фонтану. В глубокой мраморной чаше стояла зеленая прозрачная вода, в которой вдоль кувшинок плавали золотые карпы.

— Ты так и не ответил, как сюда попал, – тихо проговорила Катаржина.

Яков подошел совсем неслышно. Если бы она была простым человеком, то не ощутила бы и движений воздуха, которые он вызывал.

— Я и сам не знаю, как это произошло, – ответил он. – Когда ты меня выпустила, я устремился наверх, сперва как туман, а потом отрастил крылья и летал, пока совсем не выбился из сил.