Книга Огонь, пепел и ветер, страница 218 – Северина Мар

В любом случае, скоро она уедет из Арлеи и о ней все забудут.

— Ваша светлость, вы видели княгиню Дуаре? — подала новую тему для разговора маркиза Аркос, когда старая, очевидно, себя исчерпала.

— Ох, вот бедняжка, — горестно протянула графиня Альфино. — Это надо же, сперва обезумел ее муж, а затем и дочь!

— Это, наверняка, семейное! Я слышала, душевная хворь передается через кровь.

— А я слышала, что над Лидией надругался сам… ну вы знаете кто, во дворце!

— Говорят, что она совратила верховного служителя — Фрола Зериона. За порок и безнравственность его отправили жить в затворничестве в пещерах на Лунном острове, а ее прогнали с Отбора и от горя она сошла с ума!

— Бедная княгиня Дуаре, как же ей не повезло! У нее же было еще одно дитя — мальчик, родившийся недоношенным спустя чуть больше, чем полгода после того, как она вышла за Роло Дуаре. Ребенок погиб не прожив и шести зим.

— Такая жалость, я помню этого малыша. Он был таким умненьким и красивым. Правда, больше походил лицом на главного слугу, работавшего, раньше в доме Дуаре, а не на самого князя.

Дамы захихикали, хотя ничего смешного в их словах не было и, вдруг, резко стихли, как затаившиеся в ветвях воробьи, при приближение ястреба.

Отбивая барабанную дробь каблуками по паркету, и шурша парчовым облаком юбок, к ним подошла княгиня Дуаре собственной персоной.

— Ах, ваша светлость, как же рады вас видеть!

— Как рады!

— Надеюсь, вы в хорошем здравии?

— Могу ли предложить вам попробовать моих нюхательных солей? Их привезли из самой Кархены! Аромат невероятен! Я и для вас заказала коробочку.

Дамы лебезили перед ней, словно забыв, что только, что обливали ее фернальим пометом.

Агату замутило. Она больше не боялась княгиню Дуаре и знала, что та ничего не сможет ей сделать, а если и попытается, то теперь и у нее самой есть связи и влиятельные друзья, один их которых — сам дракон-император.

И все же, ей не хотелось с ней говорить и даже попадаться ей на глаза. Подобрав юбки, Агата выскользнула из своего укрытия пройдя по другую сторону от ряда колонн, чтобы ее никто не заметил.

Она шла по бальным залам, где еще продолжались танцы и веселье, но все больше гостей, утомившись, сидели на диванчиках у стен или же на разложенных по полу подушках и предавались беседам.

Агата устремилась к сервировочным столам, надеясь поживиться остатками пирожных и сладостей, когда увидела девушку с очень нежными оголенными плечами и ключицами, выступавшими в широком вырезе лазурно-синего платья. Ее прекрасные черные волосы, ниспадали крупными кольцами по спине до самой поясницы, а лицо скрывала, украшенная перьями маска, открывавшая лишь полные розовые губы.

Прекрасная незнакомка привлекла внимание не только Агаты. На нее было устремлено множество глаз, а не меньше полдесятка наиболее смелых юношей, уже кружились вокруг нее, как пчелы, желавшие опылить цветок. Однако же, она их едва ли не игнорировала, отвечая отстраненной вежливостью.

На столы выставили новые угощения: оливки, сладкие дорогие сыры, нарезанные мелкими кусочками, свежую клубнику и апельсины. Забыв о девушке, Агата накладывала на фарфоровую тарелку еду, когда, тонкая ладонь, обтянутая синим шелком, сжала ее локоть.

— Агата, я уже отчаялась тебя найти. Куда же ты пропала?