Книга Огонь, пепел и ветер, страница 215 – Северина Мар

Она долго не могла решить, что ей следует подарить. Вероника входила в одно из самых богатых семейств в их княжестве, да и сама не была простой, бедной девушкой и ее было сложно удивить. Еще находясь в Ониксовом дворце, Агата сделала заказ служителям-кукольникам и те любезно снизили для нее цену.

Теперь под нежно-розовой шелковой бумагой хранилось то, что ей самой очень нравилось и, как она надеялась, понравится и Нестору с Вероникой — миниатюрный макет Ониксового дворца с крошечными куколками, изображавшими дракона-императора, его гласа и трех невест — Агату, Елену и Магду.

Разобравшись с подарком, Агата перешла в тянувшуюся анфиладой череду залов, где был устроен банкет. На, застеленных кремовыми шелковыми скатертями, длинных столах стояли закуски и сладости, слуги разливали вино и нектар, угощая гостей. Музыканты играли на свирелях и скрипках, заполняя пространство струящейся музыкой.

Агата прошлась по залам, здороваясь со старыми знакомыми. Если раньше на подобных празднествах, она привлекала мало внимания, то теперь все знатные господа и богатые купцы жаждали ее общения. Ее стремились взять за руку, зазвать свой круг для бесед, сделать комплимент. Все спрашивали о том, как проходил Отбор, каков в жизни дракон-император, княжна Елена Алман, Кир Аверин и много еще чего.

От вопросов и необходимости все время улыбаться, расплывчато давая ответ, у Агаты закружилась голова и она была счастлива, когда пришло время для свадебной церемонии.

Несмотря на поднявшийся ветер и прохладную погоду, по обычаю ее проводили на улице, под прозрачным серым небом. Гости вышли в сад, засаженный розовыми кустами и апельсиновыми деревьями, оголившими темные ветви, украшенные по такому случаю алыми лентами и гирляндами.

В центре сада возвели алтарь и расставили вокруг скамьи для гостей. Слуги укрывали колени господ пледами, предлагали подушки и горячие грелки.

Место Агаты оказалось во втором ряду, подле пожилой сплетницы — графини Арифно, чуть полноватой дамы в шляпке, напоминавшей башню, украшенную перьями и шелковыми цветами.

У алтаря уже стояла величественная и высокая, коротко стриженная, как требовал того ее сан, жрица сестры хозяйки, покровительствующей домашнему очагу, семье и детям. Возле нее бледный, как льняное полотно, стоял Нестор в мантии и плаще, черных, как безлунная ночь.

Черный был цветом перерождения и потому в него обычно облачались женихи. Агата вдруг вспомнила, что Кир тоже вечно обряжался в этот цвет, как будто был всегда готов принести брачную клятву.

Не сдержавшись, она хихикнула, а графиня Арифно, странно покосившись на нее, вдруг сжала ее руку, своей морщинистой ладонью, унизанной перстнями и кольцами поверх шелковой перчатки.

— Крепитесь, дорогая моя, — сказала она тихим и будто сочувствующим тоном и Агата совсем не поняла, что та имеет в виду.

Торжественно заиграли скрипки и на дорожку, выложенную ковром из сушеных лепестков роз, ступила Вероника, идущая в сопровождении Кодрата Таноре.

Гости сворачивали шеи и перешептывались, следя за ее плавной походкой, покачивавшегося на водной глади лебедя. Она казалось прекрасной и цветущей, закутанная в струящийся по плечам и спине рубиновый, сверкающий каменьями плащ, из под которого выглядывал алый шелк платья. Ее лицо и волосы прикрывала тончайшая вуаль.