Книга Огонь, пепел и ветер, страница 255 – Северина Мар

Агата огляделась, пытаясь высмотреть белые одежды служителей. Она схватила за рукав, человека в белом одеянии с лицом, скрытом за маской в виде остроклювой птичьей головы, украшенной перьями.

— Скажите, где дракон-император?! — воскликнула она.

— В небесах! Вы разве не видите? — отозвался человек, скрывающийся за птичьей маской, безумно хохоча. — Морской дракон в воде, земляной в земле! Они обернулись, чтобы вместе отправиться в Гиблые земли!

— Что? Но зачем им туда идти?! — прокричала Агата, перекрикивая гремевшую музыку.

— Чтобы почтить память Амори? — предположил служитель. — Или чтобы просто сбросить пыль с чешуи…

Он говорил, что-то еще, но Агата уже его не слушала. Бросившись к высоким стеклянным дверям, она выбежала в сад. Среди укрытых на зиму кустов и деревьев бродили, танцевали, носились люди. Ярко горели факелы, но еще ярче, сияя золотом чешуи сверкал, покрывший собой все небо, золотой дракон. Он выгибал три змеиные шеи, его крылья поднимали ветер, хвост пронзал облака.

Андроник Великий заревел, извергая в небеса столпы алого пламени. Вниз, на смеющихся людей, полетели золотые искры, таявшие не долетая до земли.

Ему вторил темный, как морская синева, дракон, плескавшийся в водах залива. Цицелия ударила хвостом по воде, и мириады брызг обрушились на берег, покрыв хохочущих, хмельных гостей бала.

Земля под ногами шла мелкой дрожью. Теперь стало ясно, что это Иренеус расправляет свои титанические кольца.

Агата замерла, не зная, что ей делать. Должна ли она была позвать дракона-императора или будет лучше, чтобы он улетел и был далеко и в безопасности, когда раскроется и будет сорван смердящий бутон заговора?

Прежде, чем она успела решиться на что-то, Андроник Великий сделал круг в небесах и перелетев через скалы, скрылся за горизонтом, подобно садящемуся солнцу. Нырнув на глубину, ушла и Цицелия. Земля перестала трястись и это значило, что Иренеус покинул Лунный остров.

Агата вернулась в бальные залы. Она вертела головой, пытаясь высмотреть в толпе Кира или же хотя бы, кого-то знакомого, кто мог бы ей помочь. Все лица были скрыты за масками. Казалось, что и служители забыли свой долг и теперь танцевали и веселились с вельможами, пряча лица за птичьими клювами и белыми перьями.

Агата подошла к компании вельмож, пытаясь спросить не видели ли они Кира, но ее тут же схватили за руки, утянув в танец. Она оказалась в толпе двигавшейся словно подхваченный ветром сноп опавших лепестков. Люди хохотали словно безумные, оглушенные музыкой. Сплетались в дикой пляске тела, срастаясь в единое целое.

Агата чувствовала себя единственным трезво мыслящим созданием в окружении безумцев. Споткнувшись, она упала, вновь больно ударившись разбитыми коленями о мозаичный пол. Казалось, никто не обратил на это внимания. Люди продолжали танцевать, наступая на подол ее платья, рукава и, не давая встать. Чьи-то каблуки едва не отдавили ей пальцы, и она едва успела отдернуть ладонь.

Она никак не могла подняться, и чувствовала себя, как в тот миг, когда во время фернальбина упала с Фифи и едва не была растоптана ферналями. Агата готова была уже завизжать от страха и отчаяния, когда чьи-то руки подхватили ее под локти, поднимая на ноги и вытягивая из толпы.

Юноша в сверкавшей золотом мантии и маске льва, обхватил ее за талию и почти донес до диванчика, скрытого в нише между колон. Она рухнула в гору подушек, переводя дух.