Книга Отбор пяти колец, страница 169 – Северина Мар

Над столом повисло молчание, его прервала Елена:

— Да, ваше величество. Многие находят занимательным беседовать во время трапезы, но нет и ничего дурного в том, чтобы помолчать, особенно с близкими людьми.

— Мы и так слишком долго молчали! Теперь хотим поговорить! О чем обычно люди беседуют?

— О погоде, новостях, путешествиях. Кто-то задает вопросы, а кто-то на них отвечает.

— Тогда давайте задавать вопросы! Каждой из вас будет дозволено задать нам вопрос, а мы на него ответим! Спрашивайте у нас все, что хотите!

Первой вновь заговорила Елена.

— Позвольте спросить, ваше величество, какой вы видите вашу будущую императрицу? — поинтересовалась она.

Она сидела повернувшись к дракону-императору всем телом, выказывая свой интерес, но не поднимая глаз, чтобы не нарушать правила.

Андроник Великий облокотился о стол, подперев руками щеки.

— Мы о таком особо и не думали, — сказал он после недолгого молчания. — Мы хотели пообщаться с разными девушками и понять, что нам нравится, а что нет, для того мы и созвали Отбор. Но точно, можем сказать, что невестушка наша должна быть красивой, чтобы не завидовать нашей красоте и не мучиться от нашего присутствия, талантливой и умной, чтобы развлекать нас умениями и беседой, ловкой, чтобы суметь выбраться из любой пещеры и подземелья и нас оттуда достать, смелой, чтобы крушить наших врагов, добросердечной, потому что злые люди нам не нравятся, и любящей, потому что без любви мы не уживемся.

— Мое сердце поражено глубиной и мудростью, вашего величества, — сказала Елена.

Ее ответ дракону-императору явно понравился.

— Для человека, окруженного тенями, ты очень миленькая, — заметил он и повернулся к Агате. — А ты, что у нас хочешь спросить?

Агата сглотнула ком, вставший в горле. Было так много вещей, о которых она хотела бы спросить дракона-императора. Невозможность поговорить обо всем ее убивала. Собравшись с духом она произнесла:

— Ваше величество, что вам нравится больше всего?

— Нам нравится повелевать и быть свободными, а еще нам нравится, когда нас любят. Мы особенные во всем остальном, но такие же, как и все в этом. Едва ли кто-то хочет чего-то иного.

Агата едва сдержалась, чтобы не прикусить с досадой губу. Она почему-то думала, что дракон-император скажет ей то, что поможет ей очаровать и влюбить его в себя, и теперь злилась, что так бездарно израсходовала свой вопрос.

Настал черед Миры спрашивать. Игнорируя правила, она открыто посмотрела на дракона-императора и спросила:

— Знаете ли вы, как появились на свет? — спросила она.

Зажав рот рукой, Агата приглушенно охнула. Мира должно быть совсем обезумела, чтобы спрашивать такое у дракона-императора, да еще говорить с ним так непочтительно.

Елена до побелевших костяшек сжала в ладони столовый нож. Ее лицо оставалось безмятежно холодным, но взгляд потяжелел.

Дракон-император ответил добродушно и приветливо:

— Мы родились из плоти и крови других драконов. Ведь так и рождаются все живые создания, разве нет?

— Но разве вы не были сотканы из ветра и солнечного света? — поинтересовалась Мира.

— Скорее из земли, огня и воды.

— А что стало с другими драконами?

— Поколения людей рождались и умирали не зная других драконов кроме нас. Если вам повезет, то вы их тоже не узнаете. Не все драконы так милостивы и мудры, как мы, — пламя свечей отражалось в его глазах, когда он говорил. Сдернув покрывавшую его грудь салфетку он подскочил на месте. — Мы накушались, пора отдыхать!