Книга Нас не должно быть, страница 78 – Алина Цебро

— Ну так это твоя вина, — отвечаю, не отпуская её руку. — Ты всегда умела выводить меня из равновесия. С самого детства.

Её улыбка становится мягче, хотя в глазах всё ещё читается смесь обиды и растерянности. Я осторожно провожу большим пальцем по её запястью, чувствуя пульс.

— Эстер, послушай... — начинаю говорить серьёзнее. — Тогда я поступил как трус. Я испугался своих чувств, испугался того, что подумают другие, испугался всего. Но знаешь, что самое страшное? Я испугался того, что могу причинить тебе боль. И в итоге причинил её своим уходом.

Она молчит, но не отдёргивает руку. Это уже что-то.

— Мне было восемнадцать, я был идиотом, который думал, что поступает правильно. Но я никогда не переставал думать о тебе. Никогда. И теперь, когда я вижу тебя... — я качаю головой, — теперь я понимаю, что был ещё большим идиотом, чем думал.

Её дыхание постепенно выравнивается, синхронизируясь с моим.

— Ты действительно... всё это время? — тихо спрашивает мой огонёк.

Я смотрю ей прямо в глаза, не отводя взгляда.

— Каждый чёртов день, — признаюсь я честно. — Знаешь, сколько раз я набирал твой номер и не решался нажать на кнопку вызова? Сколько раз писал сообщения и удалял их? Я следил за твоей жизнью через соцсети как какой-то сталкер, радовался твоим успехам и злился, когда видел тебя с кем-то на фотографиях.

Её глаза расширяются от удивления.

— Особенно бесило, когда Коул появился в твоей ленте, — добавляю с кривой усмешкой. — Хотя, справедливости ради, я не имел никакого права ревновать. Я сам всё испортил.

Эстер молчит, переваривая мои слова. Её рука всё ещё лежит у меня на груди, и я чувствую, как она слегка сжимает ткань моей рубашки.

Мы дышим в унисон, грудь вздымается в такт друг другу. Я смотрю на неё, жду, надеюсь поймать её взгляд, но Эстер упрямо отводит глаза. Она изучает стену напротив. Там висят десятки фотографий и ни на одной больше нет меня.

Телефон вибрирует в кармане, разрывая натянутую тишину между нами. Я морщусь, не желая отвлекаться, но что-то заставляет меня достать его и глянуть на экран.

«Она въехала в город. Срочно домой»

Блять. Ну нет. Только не сейчас. Сердце проваливается куда-то в живот.

— Эстер, — голос звучит хрипло, срывается. — Я просто хотел всё объяснить. Не говори никому, что я неродной... точнее, что ты знаешь об этом. Не хочу, чтобы Ариана узнала.

Она наконец поворачивает ко мне лицо, и в её глазах мелькает что-то — удивление?

— Ты теперь будешь называть её Арианой?

— Никогда в жизни, — отрезаю я, и слова вырываются с такой силой, что даже сам вздрагиваю. — Эта женщина — моя мать. И точка. Мне насрать на биологию и генетику.

Подмигиваю ей, пытаясь разрядить обстановку, вернуть хоть каплю лёгкости в этот тяжёлый момент. И прежде чем здравый смысл успевает остановить меня, я притягиваю Эстер к себе. Она вскидывает на меня изумлённый взгляд — широко распахнутые глаза, приоткрытые губы.

Я целую её в щёку. Быстро, но достаточно долго, чтобы почувствовать тепло её кожи, уловить тонкий аромат её собственного запаха. Рано трогать губы, похожие на сочную малину. Рано, хотя каждая клетка моего тела кричит об обратном.

— Мне нужно идти, — выдыхаю, отстраняясь, пока не передумал. — Но завтра встретимся.

Быстро, чуть ли не бегом, пока разум ещё способен контролировать тело, я вываливаюсь из её окна. Ноги находят знакомые выступы на стене, руки цепляются за карниз. Спускаюсь на автомате, не думая, только бы не остаться там. Только бы не сделать то, что нельзя делать. Ещё.