Книга Безнадежный, страница 82 – Элси Сильвер

Но мне все равно. Девушка, которая смеется надо мной, оправдывает смущение.

Я ухмыляюсь ей. Бейли подавляет ухмылку и закатывает глаза.

— Ладно, малыш, — говорит грубоватый карнавал. Его маллет, который заканчивается неряшливой серой косой, покачивается, когда он машет рукой стене с плюшевыми животными позади него. — Выбирай из помета для себя и своих мышц.

Какая-то девушка кричит мое имя, прося меня выбрать что-нибудь для нее, но это не голос Бейли, поэтому я не утруждаю себя взглядом. Вместо этого я анализирую стену мягких игрушек.

— Лошадь! — окликает меня Бейли.

Я проверяю ее, но она слишком мала. Я не позволю ей ходить по городской ярмарке с крошечным призом, когда я только что сделал эту игру своей сучкой.

Я также не заменю ее накачанную лошадь каким-то дешевым призом.

Я делаю шаг к концу.

— Бо Итон, не смей выбирать что-то огромное.

Я поворачиваюсь к ней лицом. Она качает головой, когда я иду назад, прямо в ожидающие объятия… гигантского чучела енота. Самая большая игрушка, которая у них есть.

— Почему бы и нет, будущая миссис Итон? — кричу я в ответ, ухмыляясь так сильно, что мои щеки болят. — Тебе нравится этот огромный камень, который я надел тебе на палец, не так ли?

— Бо. — Думаю, теперь ее очередь использовать мое имя в качестве односложного упрека.

— Тебе также нравится мой огромный...

— Бо Итон! — Она бросается вперед, зажимая мне рот ладонью. Ее глаза сверкают, а ее распущенные волосы танцуют на ветру — она чертовски сияет.

— Я собирался сказать мотоцикл, сладкая, — бормочу я ей в руку. Затем выворачиваюсь из ее хватки к карнавалу. — Я возьму огромного енота, сэр.

— Сэр? — Мужчина усмехается, отстегивая огромную плюшевую игрушку. — Не уверен, что меня когда-либо называли «сэром».

Когда он вручает мне енота, я тут же передаю его Бейли, забавляясь тем, как он достает из-под ее подбородка до колен.

— Это смешно, — говорит она, выглядывая из-за мохнатого плеча.

— Абсолютно, — соглашаюсь я.

— Я что, должна нести его всю ночь?

Я закидываю руку ей на плечо, все более и более комфортно прикасаясь к ней. Я даже не думаю об этом. Я просто притягиваю ее ближе. — Это? Жестковато. Он заслуживает имени, как думаешь?

— Кто сказал, что это самец? — отвечает она, улыбаясь мне. Даже с огромным енотом на руках она, наконец, кажется непринужденной.

Поэтому меня убивает, когда я слышу, как кто-то говорит театральным шепотом: «Бейли Дженсен, таскающая с собой мусорную панду, — единственное, что имеет смысл в этих отношениях».

Какого черта кто-то смеет говорить это достаточно громко, чтобы она услышала?

Я сужаю глаза и собираюсь повернуться, мгновенно готовый к драке, но Бейли так же быстр.

Ее рука взлетает и обхватывает мое запястье, резко дергая его.

— Не беспокойся.

— Бейли, людям не позволено так с тобой разговаривать.

— Она не со мной разговаривала. — Бейли снова тянет меня вперед. — Она говорила обо мне. И это не ново. Отпусти.

Я не могу отпустить.

— Не будь импульсивным, — добавляет Бейли, когда я резко оборачиваюсь.

Мой взгляд останавливается на девушке, и она откидывает свои длинные светлые волосы через плечо, словно ее жестокость может произвести на меня впечатление.

К черту ее.

Я погружаюсь в эту жутко холодную, расчетливую зону, которую я слишком хорошо знаю. Мой взгляд прорезает толпу, и я клянусь, что вижу их всех через перекрестие прицела винтовки. Я указываю на девушку, выделяя ее, и проецирую свой голос, очень тщательно выговаривая каждое слово.