Книга Призрачный зов, страница 28 – Марика Макей

— Да забей, – махнул рукой я.

— Я только вчера понял, что кто-то из нас может погибнуть, – прошептал Кики себе под нос, но мы услышали в тишине. – Они могут убивать. Это же все меняет?

— Мы и так знали, что они могут убивать, – возразил я. – Вспомни Карасева.

— Карась умер от страха перед чертовщиной, – сказал Рыжий. – По крайней мере, мы так думали. А может, так и было. А вчерашняя девка нас почти утопила, в этом-то мы лично убедились.

Меня словно ударили под дых. Я не хотел больше связываться с чертовщиной, но умом понимал, что должен, если хочу покинуть Воронье Гнездо. А без ребят сделать это невозможно.

— Да уж, это меняет все, – задумчиво проговорил Глеб минутой позже. Он немного помолчал. – Знаете, что я сделал, когда пришел домой после Мещанова ключа?

Мы, не сговариваясь, отрицательно покачали головами.

— Разрыдался, как младенец. – Глеб горько усмехнулся и отвернулся к окну. – Плакал до заикания, пока не охрип. И когда проснулся, первым делом тоже взвыл… За что нам все это? Этот кошмар, который никак не закончится.

— Значит, мы сдаемся? – спросил я с вызовом.

— Тебя-то призрак не топил, а всего лишь обнял и чмокнул в лобик, – сквозь зубы проговорил Рыжий. – Ты знаешь, что самая страшная смерть – это смерть от асфиксии? Нет? А я читал об этом. Но у Мещанова ключа сам убедился.

— Меня душила мертвячка на Плотинке, я знаю, насколько это страшно!

— Прекратите, не хватало еще поссориться, – приказал Глеб.

Он взглянул на меня, потом посмотрел на каждого из присутствующих.

— Мы все жути натерпелись. И все напуганы. Но вот о чем стоит подумать, прежде чем допускать мысль о том, чтобы все бросить, – сможете ли вы жить в постоянном страхе? Я не могу спокойно выйти на улицу, даже во двор. Оборачиваюсь от каждого шороха. А дома… скрипнет половица, мама позовет неожиданно или свет в сенях моргнет, я готов в обморок рухнуть от испуга. Сколько лет мы сможем так протянуть и не свихнуться?

— Забвения совершеннолетних уже нет, – прошептала Зоя.

— Вот именно. Катюха предупредила, что мы должны закончить начатое. Нельзя сдаваться.

Глеб замолчал. Кики и Рыжий обреченно переглянулись, но в итоге согласно кивнули.

Меня удивило, насколько точно Глеб передал мое собственное состояние. Страшно лезть дальше в проклятие Гнезда, но куда хуже жить в постоянном страхе.

* * *

— Я не хочу идти в клуб, а уж тем более уговаривать Толстого о помощи!

— Да, но мы не справляемся, Слав, – покачал головой Глеб. – Толстый – кретин, но, если надавить на правильные точки, он послушает. Возможно, будь у Мещанова ключа больше людей, мы не оказались бы на грани жизни и смерти.

— И как это связано?

— Не знаю. Может, Толстый или его парни предложили бы идею получше, чем тащить призраку куклу.

— Здорово, – усмехнулся я. – Теперь ты еще меня упрекаешь? Сам же согласился!

— Боже, Слав! – Глеб сжал пальцами переносицу и зажмурился. – Я ни в чем тебя не упрекаю. Просто одна голова хорошо, а две лучше, вот и все.

Я немного помолчал, пытаясь унять злость. Мне совсем не хотелось встречаться, а уж тем более решать дела с Толстым. И не потому, что здесь была замешана личная неприязнь, хотя и она тоже, а потому, что идея казалась мне провальной.

— Толстый тупой. Из этого ничего не выйдет.

— Давай хотя бы попробуем.