Онлайн книга «Наш двор»
|
Их изначальный план провалился. Нянечка Коса — единственная, кто отозвался на сны и страхи, которые Танюша, и Конопухин, и Мякишев ночь за ночью посылали ей, — не сумела их спасти. Больше просить о помощи было некого, за стенами интерната лежал глухой и слепой, бесконечно счастливый в своей невосприимчивости мир. Поэтому они сосредоточили внимание на том, что было внутри. На одной из комнат с глухими шторами, куда директор временно перебрался из своего кабинета, разгромленного Косой. Нянечкам и милиционеру, который приходил, он сказал, что Коса впала в буйное умопомешательство, расцарапала ему лицо, побила стекла и выпрыгнула в окно. Сами понимаете, работа нервная, у нас тут и дети специфические, и сотрудники, в общем-то, тоже, — убедительно объяснял он, и все кивали с некоторым даже облегчением… Сейчас директор лежал на кушетке, подложив под голову свой проклятый черный портфель. Его переносица была заклеена пластырем. Директор по-прежнему был серым и непрозрачным, но интернатовским невероятно повезло — приняв для успокоения совести пару таблеток и запив их коньяком, директор крепко спал. Коньяк ему еще в прошлом месяце подарила семья, которая забрала к себе одну из девочек. Без него таблетки вряд ли подействовали бы так хорошо. Дети сидели в кроватях и молча смотрели прямо перед собой. Лампы в коридорах взрывались с громкими хлопками, но крепко спящий персонал ничего не слышал. Тараканы и крысы, почуяв распиравшее стены интерната неведомое напряжение, спасались бегством. Мелко дребезжали стекла, за чугунной оградой мигали и гасли уличные фонари. И под объединенным упрямым напором в спящем Андрее Ивановиче наконец забрезжили незащищенные проталины. Скованный беспамятством разум директора стал обретать прозрачность. И хотя интернатовские по-прежнему не видели его насквозь так, как всех прочих, этого оказалось достаточно. Прильнув к проталинам, они увидели, что Андрей Иванович мысленно живет на другой планете. В незнакомом блистающем мире, выплеснувшемся далеко за пределы Земли, где разноцветные существа в мгновение ока перемещаются от звезды к звезде и все счастливы. Андрей Иванович верил в то, что пришел из этого мира и принес с собой его счастье, чтобы даровать его всем, решительно и без разбора. И каждую секунду своего трудного, лихорадочного существования он мечтал туда вернуться, тосковал по блистающему миру… В этой серой тоске, отозвавшейся горьким привкусом в приоткрытых от напряжения ртах обитателей интерната, вдруг мелькнул понятный, здешний образ: маленький, родной, слабоумный Арсюша, Арсений Андреевич, вечно пахнущий дерьмом… А ведь запланирован он был как идеальный потомок, продолжение Андрея Ивановича, которое вместо него доберется до счастливого блистающего мира. Доживет до будущего, всесторонне прекрасных граждан которого Андрей Иванович так самоотверженно готовил. Арсюша давно куда-то делся, кажется, он умер, но Андрей Иванович набрал новых кандидатов — много, целый интернат, — и продолжал тренировать их для будущего. И теперь он уже не отступит, он будет готовить их до тех пор, пока не останутся самые сильные и самые одаренные. А одаренные дети — это главное богатство, человеческое золото, ради которого и просеивается веками весь прочий говорящий шлак. Они-то и попадут в будущее и на руках внесут туда Андрея Ивановича, своего учителя и создателя, великого алхимика разумов, первым сумевшего превратить шлак в золото. В будущем все умны, и равны, и счастливы, и посылают себя радиограммами от звезды к звезде, и, конечно, там все любят Андрея Ивановича. Но он заперт здесь, в тоске и глупости, и бьется, обернувшись к сияющему на горизонте будущему и повторяя: хочу, хочу!.. |