Книга В этих гнилых стенах, страница 56 – Кристина Той

Стоило мне поднести руку к двери, чтобы постучать, она внезапно бесшумно распахнулась. Поначалу я подумал, что перепутал дверь, ведь представшая передо мной незнакомка не была похожей на девушку из холла. Она обернулась всего на мгновение, и все мои сомнения рассеялись – лицо я узнал. Сразу захотел назвать ее золушкой: днем в рабочем комбинезоне, вечером в обворожительном наряде. Сейчас она сияла в облегающем черном платье с открытой спиной и элегантных лакированных туфлях, а вместо неряшливо распущенных волос – красивые струящиеся крупные локоны до самого пояса. Повернувшись к окну, она, бормоча себе под нос что‐то непонятное, пыталась снять какой‐то предмет с руки.

— Добро пожаловать, господин Дюк, – негромко произнесла Да Винчи.

Девушка вздрогнула и резко повернулась. Ее испуганные глаза уставились на меня, внимательно изучая на предмет опасности. Она показалась мне похожей на загнанного в угол зверька, постоянно ожидающего удара от злобных обитателей купола. Убедившись, что я вовсе не собираюсь ее есть, посыпая чесноком и перцем, девушка мило надула щечки и сложила губки бантиком, на кукольном лобике собралось подобие того, что у других называется морщинками.

— Ты рано, – проворчала она.

— Нет, Ната. Он опоздал. Бал начался полчаса назад, а вы все еще здесь. Почти все гости прибыли.

Я не смог сдержать смеха, и моя спутница в ответ стеганула меня грозным взглядом. Я не знал, какое положение она занимает в обществе и могу ли я вообще так спокойно с ней общаться, но стоять и мяться в углу, как робкий школьник в крутой компании, не хотелось.

— Ну, и чего ты бесишься? – беззлобно спросил я, пытаясь разглядеть, с чем она там возится.

— С чего ты взял? – пробубнила она.

— Бесишься, и брови – вот так, – я указал на свои нахмуренные брови и, услышав ее звонкий смех, облегченно выдохнул.

Я действительно ждал обвинений, мол, как я смею так с ней разговаривать, и не попутал ли я купол, но нет. Девушка только нерешительно выпрямилась, и моему взору открылась механическая рука. Она пыталась ее снять.

— Ого! Это что? Специальная перчатка?

Я широко раскрыл глаза и по красным щекам девушки понял, что ей очень стыдно.

— Ну ты чего? Крутая штука!

Все так же уставившись в пол, она робко повернулась ко мне спиной, указывая на свое предплечье.

— Застежка на гильзе заела… Помоги снять.

— Да, конечно.

Приблизившись, я осмотрел довольно простой механизм, быстро определив корень проблемы.

— Там надо чем‐нибудь поддеть… – прошептала девушка и, подняв вторую руку к прическе, протянула мне шпильку для волос.

Аккуратно орудуя женским аксессуаром, я подцепил кончик заевшей пластинки, и с легким щелчком застежка распалась на две половинки. Девушка сняла протез, и я увидел короткую культю, которая свисала с правого предплечья.

Стыдливо девушка поспешила надеть другой протез, телесного цвета – вот почему я не заметил его сразу. Он был зеркальной копией левой руки. Крепление выглядело как модный браслет, полностью скрывая место соединения. Глядя на слившиеся воедино тело и механический гаджет, я понимал, что разглядеть его в обычной обстановке практически невозможно. «Черт, эта штука наверняка стоит целое состояние», – подумал я, вспоминая виденные мной ранее протезы, отличавшиеся от этого, как стадо ящериц от динозавра.